Погода, Беларусь
Главная Написать письмо Карта сайта
Совместный проект
>>>
На заметку потребителю
>>>
Люди в белых халатах
>>>



Искусство

№7 от 13 февраля 2020 года

Иллюзия волшебства
Иллюзия волшебства

Иллюзионист Виктор Шишко рассказал журналисту нашей газеты, под каким псевдонимом хотел выступать, о съемках в телепроекте «Минута славы» на Первом канале и встрече с дочерью Игоря Кио.  

– В своих интервью вы рассказывали, что на ваш выбор стать иллюзионистом повлиял Игорь Кио. Он приезжал в ваш родной Могилев с концертом. Как вас принял Кио и что посоветовал?

– Игорь Эмильевич меня принял очень тепло. Во время всех перерывов между номерами мы общались за кулисами. Я его спросил, как стать иллюзионистом, если в нашей стране не учат этой профессии. Он порекомендовал больше работать самому над номерами. Кио запомнился мне очень тактичным и обаятельным. Тогда я еще был совсем юным, полон надежд и энтузиазма. Наверное, Игорь Эмильевич видел во мне этот задор и поэтому так отнесся. А недавно мы встретились с его дочерью Викторией. Меня пригласили на съемки в шоу «Сегодня вечером» с Максимом Галкиным. Речь шла об иллюзионистах нынешнего времени на постсоветском пространстве. Дочь Игоря Кио вместе с детьми присутствовала на съемках, там мы и познакомились. Она оказалась такой же тактичной и обаятельной, как и ее отец. Мы обменялись номерами телефонов. Надеюсь, еще встретимся. 

– Ваш сценический образ сильно отличается от того, какой вы в жизни?

– Иногда в шутку говорю, что не известно на сцене я такой, какой есть, а в жизни ношу маску, или наоборот. Вспоминаю цитату из «Фауста» Гёте: «Я – часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо…»  – именно образ Мефистофеля мне близок. Когда-то я хотел выступать под
псевдонимом Виктор Воланд. Но мой художественный руководитель (я начинал работать в цирковой бригаде) сказал: «Лучше показывать хорошее шоу под своей фамилией, чем мелкие номера под громким псевдонимом», поэтому оставил свое имя.

– Как создается номер у иллюзиониста?

– Как и у композитора или поэта. Порой идеи возникают в самые неожиданные моменты. У меня они часто рождаются в то время, когда я засыпаю, но  в голове еще крутятся разные мысли. Тогда встаю с кровати и записываю все на первом попавшемся клочке бумаги. Например, задумав номер с вентилятором, долго не могли понять, как лучше его преподнести публике. Хотелось показать исчезновение человека как-то по-особенному. И идея родилась внезапно, по дороге из Москвы. У меня в голове появились картинки, что девушку засасывает вентилятор, я подаю ей руку и вытаскиваю только наполовину, а затем отпускаю, и она исчезает полностью. То же самое происходит со второй девушкой, а в конце я разбираю ящик, в котором, кажется, не поместится даже самая миниатюрная дама, – а там никого нет. Этот номер мы воплотили в реальность за полтора месяца специально для шоу «Минута славы» и показали его в первом туре, хотя обычно подобное создается годами.

– В шоу «Минута славы» жюри вас часто поощряли комплиментами, но не обошлось без критики. Владимир Познер сказал, что он больше любит фокусников со шляпами, а в вашем номере с вентилятором главную роль играет аппаратура. Что вы об этом думаете?

– Если говорить о комплиментах, то мне была очень важна поддержка прежде всего Сергея Юрского, потому что ему близок мой жанр.

Я настраивал свою команду: главное, чтобы наше выступление высоко оценил именно он. Для меня это было серьезное испытание, но ни от одного члена жюри мы не получили отрицательного отзыва. Даже Владимир Познер, который в первом туре дал понять, что считает легким делом купить нужную аппаратуру и выйти на сцену с фокусами, в следующих турах оказался настроен доброжелательно. Мы старались пробудить в нем ребенка. Думаю, нам это удалось.

– Вы и правда хотели создать номер с Ренатой Литвиновой?

– В первом туре это была шутка. Но во втором мы подошли к этой идее серьезно и решили воплотить ее. Рената Литвинова должна была вместо меня оказаться на сцене, а я в кресле члена жюри. Но из-за того, что дата съемок существенно сдвинулась, наши планы были разрушены.

– Виктор, вы участвовали не только в российских проектах, но и показывали свои номера во Франции и Италии. Если сравнивать, где наиболее комфортно работалось?

– Во всех странах. Я вообще не разделяю людей на нации. Но больше всего мне нравится работать для русскоязычной публики. У нас схожий менталитет, корни, литература. Хотя мне безумно приятно было работать и в Европе. В Париже мы познакомились с российским артистом Игорем Крычуном и украинским коллективом Equivokee, с которыми до сих пор поддерживаем связь.

– Сейчас вы активно гастролируете со своим шоу «Спящая красавица». Скоро планируете привезти его в Минск. Что ждет зрителей?

– Мы стараемся вызвать у публики эмоции и погрузить в другой мир. На сцене происходит своего рода кино, в котором воплощаем свои идеи без цифровых эффектов. Декорации, костюмы, музыка – все должно сочетаться. От иллюзиониста ждут волшебства.

Дарья ШЕВЦОВА.
Фото из личного архива
Виктора ШИШКО



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике

Знаменитый белорусский художник-декоратор «Беларусьфильма» Иван Рогатень за 50 лет работы в кино помог создать более 35 фильмов и сериалов.

Исполнитель класса Чезаре Сьепи – так зарубежные критики называют народного артиста Беларуси Владимира Петрова. Легендарный оперный певец в этом году отмечает 35-летний юбилей на сцене, а 3 февраля ему исполнилось 65 лет. О семье, необычных увлечениях и самых ожидаемых премьерах
он рассказал в эксклюзивном интервью газете «7 дней».

Сын Юлий нашел ее в небольшой варшавской квартире, лежащей на кровати. Она так и не дотянулась до лекарств на прикроватной тумбочке. Юлий просидел рядом с матерью еще несколько часов – ее смерть потрясла его. Ведь еще вчера они, смеясь, обсуждали по телефону какие-то планы. Так в канун Нового 1988 года ушла из жизни Янина Жеймо, легендарная и непревзойденная Золушка советского кинематографа, родившаяся в Волковыске. Даже сегодня, бывая на могиле актрисы на Востряковском кладбище, можно увидеть, как люди восхищенно шепчутся: «Это та самая Золушка» – и кладут букеты...

Мелодия настолько завораживала слух, что хотелось зайти под своды святыни, чтобы внимательнее прислушаться. Из таинственной глубины храма звучал орган!