Погода, Беларусь
Главная Написать письмо Карта сайта
Люди в белых халатах
>>>
Совместный проект
>>>
На заметку потребителю
>>>



Человек и его дело

№26 от 27 июня 2019 года

Лучшая награда – спасенная жизнь
Лучшая награда – спасенная жизнь

Страх перед общим наркозом у большинства вызывает панику. Ведь жизнь становится нам неподконтрольна, она зависит от профессионализма других. Каково это – брать на себя ответственность за самое ценное, что есть у человека? Об этом мы поговорили с анестезиологом-реаниматологом отделения анестезиологии и реанимации №1 Минской областной клинической больницы Иваном Барташевичем.

Продолжатель династии

Иван Барташевич не первый медик в семье: мама по образованию врач-терапевт, дедушка – хирург. «Дедушка и сыграл основную роль во время моего становления во врачебной профессии, – рассказывает, глядя на семейный снимок, молодой человек. – Он окончил военно-медицинскую академию, распределился на подводную лодку, где 12 лет отработал хирургом. Потом дедушка познакомился с бабушкой, они переехали в Беларусь, обосновались в Вилейке. И вот уже более 30 лет он заведует Вилейской станцией скорой помощи».

Учитывая, что у мальчишки был такой достойный пример, неудивительно, что Иван с детства решил стать врачом. Он с большим интересом задавал дедушке вопросы по медицине, читал специализированную литературу, изучал оборудование, приходил к нему на работу, а в 8 классе впервые поучаствовал в выезде скорой помощи. С того момента еще сильнее влюбился в эту благородную профессию и экстренную медицину. После 11 класса поступил в Витебский государственный медицинский университет и получил специальность анестезиолога-реаниматолога. Отправился по распределению в Молодечно, а потом в процессе работы его перевели в Минскую областную клиническую больницу.

Медицинский холерик

Многое в нашей жизни определяет тип темперамента. К примеру, я себя отношу к сангвиникам. А вот наш герой определил себя холериком, этим же объясняет и свой выбор специализации. «Не могу сидеть на одном месте, – говорит Иван. – Поэтому сразу вычеркнул для себя терапевтическую работу. Душа лежала к экстренной медицине. Дедушка, услышав, что буду подавать документы на курс анестезиологов-реаниматологов, был очень рад. Он, как и я, считает эту специальность одной из самых сложных и ответственных».

О том, что Иван сделал правильный выбор, говорит такой факт: за три года работы молодой человек уже успел получить вторую квалификационную категорию. И не планирует на этом останавливаться. «Сейчас специализируюсь на кардиохирургической помощи. Это операции на открытом сердце и крупных сосудах... Анестезия там – высший пилотаж, – говорит врач. – Ощущаешь значимость своей работы во время операции».

Спрашиваю у своего собеседника: не обидно, что он чаще всего остается в тени, ведь после успешной операции

обычно благодарят хирургов? «Лучшая награда для меня – спасенная жизнь. А то, что анестезиологи чаще остаются в тени... Это можно объяснить. С пациентом в основном работает хирург. Он видит его до операции и после. Анестезиолога же пациент видит только 5 минут в операционной или же 20 минут после того, как придет в себя. В экстренных случаях, когда человек поступает без сознания, – они вообще могут не видеться».

Мифы и приметы

Не секрет, что наркоза боятся часто больше, чем самой операции. И, как считает Иван Барташевич, это имеет свои обоснованные причины. Наркоз – это искусственный сон, вмешательство в нормальный цикл жизнедеятельности человека, воздействие на системы организма. «Риски остаются при любом вмешательстве, – добавил он. – Даже при банальном проколе пальца иглой. Поэтому, на мой взгляд, волнение оправданно. Хотя отмечу, что процент того, что во время операции что-то пойдет не так, – 0,1%. Анестезиолог – это профессионал. Он знает, что делать, а пациенту остается лишь довериться».

– Слышала такое мнение, что наркоз отнимает несколько лет жизни у пациента. Это правда? – интересуюсь у собеседника.

– Да, и прибавляет их анестезиологу, – шутит врач. – Это все глупости. Ровно так же, как и «страшилки» о том, что кто-то может проснуться во время операции. Это на грани фантастики.

Если мифам нет места во врачебной среде, то суеверия все же существуют. К примеру, по словам нашего героя, врачи отказываются проводить операции родственникам: верят, что это чревато неприятными ситуациями. Нельзя желать перед началом смены и хорошего дежурства. «Можно в это верить или нет, но иногда бывают такие совпадения... Как только человек пожелает хорошего или спокойного дежурства – жди бессонной ночи и проблем с пациентами», – вздыхает Иван.

Барьер

Один из самых сложных моментов в работе врача анестезиолога-реаниматолога – общение с родственниками пациентов. Отделение анестезиологии и реанимации – закрытое, там нет свободного посещения. Но если врачи понимают, что пациент умирает, то пропустят к нему близких, чтобы те могли попрощаться. Иван признается: по-настоящему страшно сообщать людям, что их любимый человек умер. «Это трудно. Понимаете, когда умирает 95-летняя бабушка, прожившая долгую жизнь, то ее дети и внуки, в принципе, к этому готовы. Но совсем другое дело, когда умирает ребенок. У нас был недавно случай: подростки взяли машину покататься и попали в ДТП. 14-летнего мальчишку с очень тяжелыми травмами привезли к нам. Спасти его было невозможно... В тот же день мальчик умер. И вот тут надо позвонить родителям, которые даже еще не знали, что их ребенок попал в ДТП, сообщить им страшную весть... К этому привыкнуть практически невозможно. Мне тяжело. Психологический барьер есть, не знаю, может быть, в будущем и смогу его перебороть», – надеется врач.

Ответственность

Ответственность на плечах 26-летнего врача огромная. Но Иван Барташевич осознанно шел в эту тяжелую профессию и уже вложил в нее много сил. «Надо всегда развиваться, совершенствоваться, постоянно учиться и читать специализированную литературу. Ведь человеческий организм – это невероятно сложная система. И у каждого она индивидуальна. А для того, чтобы помогать на высоком уровне, надо многое знать. В научном мире каждый день придумывают что-то новое: методы лечения, подходы в экстренной анестезиологии. Поэтому мне некогда расслабляться», – сказал врач, открывая дверь в свое отделение, в котором десятки пациентов уже ждали его помощи.


Фото автора и из архива
Ивана Барташевича

P.S.

Супруга Ивана Яна – медсестра. Сегодня в их молодой семье уже подрастает маленький сынок. Как знать, возможно, через десяток лет он тоже решит пойти по стопам отца, бабушки и прадедушки. Ему точно будет на кого равняться.



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике
От автора

Топ-менеджеры IT-компаний с мировым именем, 9 докторов и 7 кандидатов наук, 19 победителей мировых олимпиад среди школьников
и 203 – заключительного этапа республиканских. И это только верхушка айсберга из огромного, на первый взгляд не поддающегося счету, числа выпускников, обученных особому мышлению и логике учителем математики из Витебска Михаилом Волковым.


Рождественский гусь (или утка) стали уже традиционными на столе многих жителей Могилевщины благодаря энтузиастам племенного дела – Олегу и Марине Павловым. «Мини-птицефабрика» находится в деревне Малинник недалеко от областного центра.


Чаще всего бизнес с помощью господдержки начинают жители крупных городов. Но в последние годы ею активно пользуются и предприимчивые сельчане. Сложно ли взять государственную субсидию и организовать свое дело в небольшом городке или в деревне? Рассказывает тот, кто не побоялся рисков и сделал ставку на собственные силы.

Первая волна коронавируса оказалась для всех серьезным испытанием. Тысячи врачей, медсестер, санитарок  практически не видели свои семьи, ведь большую часть времени проводили на работе, спасая пациентов.