Погода, Беларусь
Главная Написать письмо Карта сайта
Конкурс
>>>
Малая родина
>>>
Давайте разберемся!
>>>



Культура

№15 от 11 апреля 2019 года

На себя уповаю
На себя уповаю

Елена Цыплакова дебютировала в кино в 15 лет в фильме «Не болит голова у дятла» и сразу стала популярной. До окончания школы она успела сняться в картинах «Иван и Коломбина», «Вдовы» и «Шаг навстречу». Елена Цыплакова окончила актерский, а затем режиссерский факультет ВГИКа. Снялась более чем в 40 фильмах. Наиболее известные из них – «Школьный вальс», «Д’Артаньян и три мушкетера», «Приключения принца Флоризеля», «Крах операции «Террор», «Счастливая, Женька», «Гардемарины, вперед!», «Где находится нофелет?».

Тридцать лет назад состоялся режиссерский дебют Цыплаковой, и сразу удачный – за фильм «Камышовый рай» она получила приз за режиссуру на МКФ в Сан-Себастьяне. В ее багаже уже более 10 фильмов и сериалов, в их числе полюбившийся зрителям сериал «Кармелита. Цыганская страсть». С 2005 года является генеральным директором культурно-просветительского центра «Преображение». А с 2018-го она еще и главный режиссер Московского областного театра драмы и комедии.

– Елена Октябревна, у вас такое редкое отчество...

– Моего отца назвали Октябрем в честь Октябрьской революции, потому что тогда модно было давать такие имена. Помню, в детстве шутила: хорошо, что не Трактором. Хотя отец не заслуживал насмешек: он рано ушел на фронт, был орденоносцем. С войны вернулся инвалидом. У него были прострелены легкие и ноги. Тяжело болел туберкулезом на протяжении 30 лет. Но, несмотря на это, папа не сломился и был оптимистом, философом, состоялся в профессии. Отец был успешным промышленным графиком, например, мог любые тексты писать кисточкой. А для души рисовал маслом портреты. Мама, как и отец, была художником-графиком и во всем его поддерживала. К концу жизни у отца ко всем существующим болезням добавилась онкология, и через семь месяцев его не стало.

– Чем вам запомнилось детство?

– Атаман Цыпа – так меня называли в детстве, потому что я руководила дворовой компанией. В друзьях у меня в основном были мальчишки. Я отличалась от всех решительным характером, смелостью, поэтому в своей компании была авторитетом. Из-за того, что отец болел туберкулезом и заразиться можно было в любую минуту, в доме всегда была стерильность. Мама все вещи, к которым он прикасался, посуду каждый день кипятила с хлоркой. Когда мне исполнилось 6 лет, у отца случился рецидив и, опасаясь, что болезнь может передаться мне, мама два раза в год отправляла меня в оздоровительный интернат в Ленинградской области. В детстве обижалась на нее из-за этого, но сейчас понимаю, что интернат закалил меня и сформировал характер. Помню, там была одна нянечка, очень несчастная женщина, которая срывалась на детях. Например, за то, что мы разговаривали после отбоя, ставила раздетыми, босыми на холодный кафельный пол туалета. Замерзая от дикого холода, мы прижимались друг к дружке, чтобы согреться, или по очереди садились на подоконник, но это не спасало, потому что он был покрыт инеем. Однажды эта высокая здоровенная тетка, когда мы засмеялись после отбоя, пригрозила из теплой постели выставить нас на улицу. Подруга струсила и свалила всю вину на меня. А нянечка так ударила меня по лицу, что я потеряла сознание. Имея очень независимый характер, тогда сказала себе, что эту нянечку зарублю топором. Слава Богу, что у меня это желание прошло и я даже не делала попыток его осуществить. Позже, когда стала режиссером, сняла фильм «На себя уповаю».

– Как вы познакомились с режиссером Динарой Асановой?

– Впервые встретились мы у меня дома, потому что ее муж, Коля Юдин, как и мои родители, был промышленным художником и у них был общий проект. Так как отец из-за болезни работал дома, Динара за компанию с мужем приехала к нам в гости. Я в то время увлекалась вязанием и, когда увидела на Динаре красивую вязаную кофточку, заинтересовалась и на эту тему завела с ней разговор. Мы проговорили долго, но тогда я еще не знала, что она режиссер, окончила ВГИК. А спустя год Динара приехала к нам и предложила мне сняться в ее первом фильме «Не болит голова у дятла». До этого у меня было много других увлечений: математика, химия. Я еще активно занималась фигурным катанием, плаванием, пятиборьем. Стать актрисой не было и в мыслях, но предложение Асановой меня заинтересовало, и я из любопытства согласилась.

– Вы получили известность в кино, затем успешно играли в театре. Как считаете, что главное для актрисы – кино или театр?

– Однажды Катя Васильева сказала мне, еще молодой девчонке, что если я хочу быть актрисой, то должна не только сниматься в кино, но и работать в театре, объяснив, что театр – это творческая мастерская, а кино к актерам очень потребительски относится, потому что берет то, что актер уже может.

– Но почему же тогда вы бросили ГИТИС и окончили ВГИК?

– В ГИТИСе не любили, когда студенты снимались в кино, потому что считали, что это портит будущего актера театра. Первый раз меня чуть не отчислили еще с первого курса: я вместо поездки на картошку уехала на съемки. Но за меня заступился Лев Кулиджанов, который преподавал в ГИТИСе. Он сказал, что если меня выгонят, он возьмет на свой курс во ВГИК. И когда во второй раз возник вопрос об отчислении, Кулиджанов свое слово сдержал. Но я была еще на втором курсе ГИТИСа, а во ВГИКе уже был третий курс, и поэтому мне пришлось потрудиться, чтобы экстерном сдать 14 экзаменов.

– А как вы попали в прославленный Малый театр?

– Юрий Соломин и Наталья Вилькина, сыгравшие моих родителей в фильме «Школьный вальс», пригласили в свой театр, когда я была еще студенткой ВГИКа. Помню, с каким волнением приехала в Малый театр, как Вилькина вывела меня на сцену и перед суфлерской будкой поставила на колени. Оказалось, что на сцене маленькими гвоздиками был выбит крестик, перед которым я перекрестилась. Так я продолжила традицию театра, а Наталья благословила на первый спектакль. После окончания ВГИКа я еще
6 лет работала в театре, но когда заочно заканчивала режиссерский факультет, нужно было время, чтобы снять дипломную работу на «Мосфильме». Я вынуждена была уйти.

– Ходило много слухов о вашей внезапной тяжелой болезни. Что произошло на самом деле?

– Со своими фильмами я объездила много стран. Добралась даже до Африки, где проходила Неделя советских фильмов. Мы посетили три страны: Гану, Бенин, Того. Естественно, перед поездкой, как и положено, я сделала все необходимые прививки. Но, к сожалению, они мне не помогли. Я подхватила очень опасную шестидневную малярию. К тому же врачи изначально поставили неправильный диагноз: отек легкого. После курса антибиотиков отек сняли. Но затем наступило ухудшение. Была тяжелая операция, потом случился васкулит, когда лопались сосуды на ногах. Малярия нанесла мне непоправимую рану, потому что в результате болезни я поправилась до 112 килограммов, но главное – я не могла уже родить. В тот тяжелый период мне не хотелось ни жить, ни работать. Меня спасла вера в Бога. В Библии прочитала, что у не имеющих детей их больше. В результате я все переосмыслила, и в настоящее время у меня много крестников, есть дочка моего мужа Паши – Юлия.

– Спасибо за откровенность. Прошло время, и вы снова заболели, что произошло на этот раз?

– Мы снимали сериал «Кармелита» по 12 часов в день. Стояли жуткие холода. Актеры отогревались в тепле, а я работала без перерыва, даже когда простыла и была с температурой. В результате все же, как говорится, сломилась. Выяснилось, что у меня диабет, который дал тяжелое осложнение. Я слегла на несколько месяцев. Представляете, даже не могла повернуться самостоятельно, а передвигалась в инвалидной коляске. Очень благодарна своему мужу, который поддерживал во всем. Паша был моей сиделкой, молился за меня и внушал, что я обязательно встану. А еще, когда я болела, у мужа проявился кулинарный талант – он очень вкусно готовит. Уверена, что подняться на ноги в первую очередь мне помогла любовь.



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике
От автора

Шандор Зихерман окончил Ленинградское высшее художественно-промышленное училище имени В.И. Мухиной. Он – член Союза художников России, член Союза художников Венгрии, Общества венгерских скульпторов, Всемирной ассоциации художников-медальеров. Его работы представлены в Эрмитаже и еще 20 музеях Европы.

В группе дизайнеров из 25 человек на вопрос, кто такой Адам Мицкевич, только двое, да и то с трудом, смогли что-то внятное ответить.

На съемках фильма «Солярис» Наталья Бондарчук чуть не лишилась лица. В прямом смысле.

Бог дал мне озарение писать молитвы.