100-летие БЕЛТА

№41 от 11 октября 2018 года

Беларусь глазами Толочко
Беларусь глазами Толочко

Белорусское телеграфное агентство за свою столетнюю историю создало не одну трудовую династию. Среди них – фотографы Александр и Виктор Толочко, отец и сын, два талантливейших и влюбленных в свое дело человека, создавшие не сотни, а тысячи снимков – своего рода фотоэнциклопедию страны. Она вобрала в себя людей и события XX–XXI веков. Их фотографии дают уникальные возможности увидеть прошлое, стать участниками многих выдающихся и рядовых, но очень важных событий, происходивших в Беларуси. Они запечатлели на века кадры этой быстротечной жизни: съезды, выборы, конгрессы, приезды иностранных гостей, битвы за урожай, свадьбы, хороводы, слезы, улыбки радости, взлеты, неудачи, свершения и победы. Накануне юбилейной даты агентства – слово каждому из них.

Александр Толочко: «Я стал свидетелем чуда»

– Пришел в БЕЛТА в 1981 году из многотиражки «Горизонт». Тогда и предположить не мог, что судьба задержит меня здесь на четверть века. За это время сменилось шесть директоров: Марушкевич, Бережков, Хилькевич, Алексейчик, Пролесковский, Жук…

Много событий произошло за эти 25 лет. Помню, как бурно развивалась фотохроника в 1980-е. В наше распоряжение предоставили хостер, американский автомат, который делал тематические подборки. Они размещались в воинских частях, вузах, различных госучреждениях, и за это агентству неплохо платили. Лаборатория цветной печати тогда была только в России, Грузии и Беларуси. Даже Укринформ ею не располагал.

А вот в лихие 1990-е худо пришлось. У руководства даже была мысль ликвидировать фотохронику, оставив нескольких фотокоров. К счастью, этого не случилось.

В 1995 году я стал главным редактором главной редакции фотоинформации.

Считаю, что моя журналистская судьба сложилась очень удачно. На месте не сидел: раз восемь ездил на БАМ, бывал в Западной Сибири, присутствовал на двух съездах народных депутатов СССР, снимал многих известных исторических личностей.

Девять лет ездил в качестве фотокора вместе с Александром Лукашенко, как сейчас говорят, входил в президентский пул. Жалею, что не вел дневниковых записей! Мог бы сейчас книжку воспоминаний издать (смеется. – Прим. автора). Столько интересных эпизодов позади! Дома хранится ценное для меня фото, сделанное коллегой: после хоккейного матча стою с фотоаппаратам, с такой широкой камерой, а рядом Президент «дирижирует» спортивной командой, выстраивая их для коллективного снимка. Честно говоря, я тогда поразился, как профессионально, толково он всех расставил – чтобы каждого было видно. Мы с коллегой это тогда отметили.

Многие командировки врезались в память на всю жизнь. Помню, через какое-то время после Чернобыльской аварии поехали снимать церковь в украинской деревне Красно, что в семи километрах от Чернобыля. Ехали в «уазике» с местным начальником милиции, обозревателем «Народной газеты» Владимиром Самойловым и священником из Брагина отцом Евгением. Кстати, последний наотрез отказался надевать респиратор. «Это Бог послал нам это испытание. Кого надо – помилует», – так объяснил он свое решение. И вот мы на месте. То, что увидели, ввергло всех в шок. Как рассказали, незадолго до нашего приезда здесь стоял полк химзащиты. Со стен храма, видимо, острым инструментом соскребали сусальное золото. Алтарь был повален, а в царские ворота воткнули крест. Вокруг валялись церковная утварь и книги. Дозиметр снаружи показывал 1,2 рентгена, это очень большая доза! «Ребята, давайте быстрей! Я недавно женился!» – умолял водитель-солдатик. Дальше происходило то, что иначе как чудом назвать не могу. Вошли в храм, и по направлению к алтарю стрелка дозиметра... начала стремительно ползти к нулю. А у самого алтаря прибор показывал какие-то сотые доли микрорентгена. Я не особо верю в мистификации, но здесь понял, что действительно «есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам».

Запомнились и два съезда народных депутатов СССР, на которые был аккредитован от БЕЛТА. Горбачев, перестройка, разоружение… По романтической наивности вначале казалось, что теперь, когда все деньги будут уходить не на вооружение, а на мирное созидание, вскоре заживем при коммунизме. А Николай Иванович Игнатович, тот, который расследовал «витебское дело» и был впоследствии назначен генпрокурором Беларуси, открыл мне глаза: «Не верь ни слову. Это команда разрушителей! Ни одного трезвого рассуждения: сплошные «ликвидировать», «разрушить», «поломать», «разогнать». А где другие глаголы – построить, создать, возродить?». Человек как в воду глядел – СССР оставалось жить всего ничего…

Беру ли я сегодня в руки фотоаппарат? Нет. Даже не прикасаюсь. Не сочтите меня старым ворчуном, но я согласен с мэтром, назвавшим современных фотографов «щелкунчиками». Фотография стала технически совершенной, но потеряла смысловую, содержательную составляющую. Раньше мы старались найти свою изюминку, выбирали ракурс, воспринимая свое ремесло как нечто, приближенное к искусству. Да, мы, как и нынешние, тоже ходили на задания, отрабатывали так называемый официоз, но мы и сами искали темы, воплощали их в кадре, старались быть оригинальными и неповторимыми.

В БЕЛТА постоянно проводилась учеба для молодых фотокоров, делали совместные съемки, разбирали потом их «покадрово».

К сожалению, с коллегами из БЕЛТА все чаще на похоронах встречаюсь. Уходят наши ветераны… Если пригласят меня на столетний юбилей, хочу предупредить заранее: за процветание агентства могу еще выпить не одну рюмку водки!

Виктор Толочко: «На Энгельса, 30 прихожу, как в родной дом»

– Еще школьником часто заходил к папе на работу в лабораторию, и он никогда не отказывал, помогал, раскрывал свои секреты мастерства. Хотя я увлекался фотографией и дома все, что необходимо для печатания снимков, было.

Впервые моя фотография с целующимися голубями, подписанная «Виктор Толочко, БЕЛТА», была опубликована в «Вечерке». Тогда мне было 15 лет.

Основательно же начал работать в агентстве со второго курса, практику, естественно, проходил здесь же.

Помню, однажды решил устроиться на работу в «Настаўніцкую газету». Зашел к редактору на собеседование. Вижу, на столе мои, белтовские снимки лежат. Их тогда курьеры по редакциям развозили. «Так, как в БЕЛТА, снимать можешь?» – спрашивает редактор, показывая мои же снимки. «Попробую», – отвечаю я. Работая в агентстве, объездил всю Беларусь, часто выезжал в Москву и Санкт-Петербург, один раз был в Лиссабоне и в Нью-Йорке (в команде премьер-министра).

Точно сказать, какое количество лет проработал в агентстве, сложно, потому что на несколько лет уходил в другие медиа, хотя и не переставал сотрудничать с главным агентством страны. Думаю, учитывая ставки, совмещение и так далее, наберется более 20 лет.

Вот уже четыре года как не работаю в БЕЛТА, но ощущение, будто бы я все равно здесь числюсь. Когда прихожу на Энгельса, 30 снимать пресс-конференцию или круглый стол, чувствую, что вокруг родные стены. И, конечно, очень приятно, когда твои коллеги по-прежнему воспринимают тебя как своего и искренно приветствуют, приглашая на кофе.

Фото из архива БЕЛТА



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике
От автора

Из личного дела: возраст –33 года, окончил БГУ, владеет английским и испанским, окончил Академию управления по программе переподготовки по специализации «госуправление национальной экономикой». Был награжден «Золотой литерой» как лучший репортер республиканских, областных печатных СМИ, информационных агентств. Получил Благодарность Президента. Посетил 39 стран, из них 35 – за десятилетие работы в БЕЛТА.

Все эти 19 лет в БЕЛТА получаю удовлетворение от работы в этом прекрасном, сплоченном одной идеей, талантливом коллективе, которому и в сто лет по плечу любые, даже самые сложные задачи.

Как-то председатель колхоза «Лань» Несвижского района Владимир Дидевич, зная тайную мечту младшего сына Александра стать фотографом, привез ему из Минска фотоаппарат.

Сто лет – это много или мало? Для человеческой жизни, наверное, много. А вот для истории информационного агентства... Скорее мало. Даже хочется верить, что мало. Ведь впереди еще такая длинная, наполненная новостями дорога.