Даты

№31 от 02 августа 2018 года

Предвестник Великой Победы
Предвестник Великой Победы

Салюты, которые гремят в праздники в городе-герое Минске, крепости-герое Бресте и областных центрах, озаряют небо Родины, наполняют нас радостью и гордостью за родную Беларусь. А ведь праздничные орудийные залпы – это отзвуки первого предвестника Великой Победы, который прогремел ровно 75 лет назад.

Поздним вечером 5 августа 1943 года по всем радиостанциям Советского Союза прозвучал возвышенно-торжественный голос Левитана, читающего очередной  приказ Верховного Главнокомандующего. «Сегодня, – с гордостью произносил диктор, – в 24 часа столица нашей Родины Москва будет салютовать нашим доблестным войскам, освободившим Орел и Белгород, двенадцатью артиллерийскими залпами из 120 орудий». Ровно в полночь с 5 на 6 августа в небе столицы СССР грянул артиллерийский гром – первый салют времен Великой Отечественной войны. С тех пор они стали славной традицией, отмечая победоносный путь героических советских Вооруженных Сил, и каждый из таких ярких всполохов приближал знаменательный день нашей окончательной победы.

История появления первого салюта в честь одержанных побед советских войск в Великой Отечественной войне такова. В военных мемуарах «Генеральный штаб в годы войны» генерал армии С. М. Штеменко (в то время начальник Оперативного управления Генерального штаба), вспоминал, как 5 августа 1943 года его и заместителя начальника генерала армии А. И. Антонова срочно вызвали в Ставку, где собрались все ее члены. «Еще в древние времена, когда войска одерживали победы, – обратился к присутствующим Верховный Главнокомандующий, – в честь полководцев и их войск гудели все колокола. И нам неплохо бы отмечать победы более ощутимо, а не только поздравительными приказами. Мы думаем, – кивнул он головой на сидевших за столом членов Ставки, – давать в честь отличившихся войск и командиров, их возглавляющих, артиллерийские салюты. И учинять какую-то иллюминацию...». По словам Сталина, так можно будет воодушевлять личный состав, звать их к новым подвигам, а войска почувствуют одобрения в действиях, признательность Родины.

На совещании было решено отмечать победы наших войск торжественными залпами в Москве, каждый из них сопровождать пуском разноцветных ракет, а прежде передавать по всем радиостанциям Советского Союза приказ Верховного Главнокомандующего. Ответственность возлагалась на Генеральный штаб. Вскоре после совещания в Государственный Комитет Обороны был вызван командующий Московским фронтом противовоздушной обороны генерал-лейтенант артиллерии Д. А. Журавлев. Ему и командующему МВО и Московской зоной обороны генерал-полковнику П. А. Артемьеву было поручено торжественно отметить освобождение советских городов Орел и Белгород артиллерийским салютом.

В считаные часы пришлось решать немало проблем. Для разработки ритуала салюта изучили соответствующую литературу, начиная со времен Петра I – именно царь устроил первый в России пушечный и ружейный салюты 21 декабря 1709 года как часть торжества в ознаменование победы в Полтавской битве.

Специалисты подсчитали: для того, чтобы салют был слышен в городе, необходимо задействовать 100 зенитных орудий. В распоряжении организаторов оказалось всего 1 200 холостых снарядов, взятых в Костеревском летнем учебном лагере. В мероприятии также был задействован кремлевский дивизион горных пушек (24 орудия) с холостыми снарядами. В ГКО доложили, что салют будет произведен 12-ю артиллерийскими залпами из 124 орудий. Таким образом, число залпов было заимствовано из российских традиций, а вот количество орудия можно было выделить с таким расчетом, чтобы не ослабить систему противоздушной обороны столицы.

Салютная точка № 1 располагалась в Кремле. Здесь ответственность взял на себя комендант Кремля генерал Николай Спиридонов. В разные районы города были направлены десять взводов солдат с пистолетами-ракетницами, которым предписывалось после каждого артиллерийского залпа пускать в небо разноцветные сигнальные ракеты.

Ровно в полночь генерал Журавлев, взобравшийся на крышу здания Генштаба на улице Кирова, с секундомером в одной руке и телефонной трубкой в другой, отдал команду на салютные батареи: «Огонь!». Мощно прогремел первый артиллерийский залп, отдавшийся гулким эхом. В разных концах в ночное московское небо взлетели разноцветные ракеты. Как и было приказано, залпы давались с промежутками в 30 секунд. Последний, двенадцатый, грянул ровно через шесть минут после первого. В салютных точках возле орудий поставили микрофоны радиотрансляции, чтобы  столичные фейерверки услышала вся страна, весь мир. Так было положено начало замечательной традиции.

Салюты в столице с воодушевлением были встречены на фронте и в тылу, звали и вдохновляли воинов на новые подвиги, укрепляли уверенность советских людей в нашей конечной победе в жестокой войне. Войска стали явственнее чувствовать одобрение и благодарность народа.

Первый победный салют в Москве громким эхом отозвался по стране. Уже 6-го августа почти все издания СССР поместили статьи, стихи, репортажи. Из газеты «Известия» от 6 августа 1943 года: «Москва запомнит эту ночь. Радио предупредило о предстоящем ночном событии. И вот уже гремит первый раскат артиллерийского салюта. Люди на крышах. Люди высыпали во дворы. Люди вышли на улицы. И люди Москвы аплодируют, люди кричат «ура!». На столь знаменательное событие не могли не отозваться советские поэты и писатели. «Торжественный салют грохочет над Москвой, победным пламенем сверкнув на горизонте…» – так начинались стихи известного поэта Василия Лебедева-Кумача, сочиненные той памятной ночью и утром уже опубликованные в центральной печати. Николай Асеев писал: «Стальные глубокие груди до самого сердца вздохнули: сто двадцать орудий слились в нарастающем гуле. Раскаты! Раскаты! Раскаты! Приветом державным откликнулась зычно, Москва, ты сынам своим славным. Откликнулась пламенным голосом, как надо дерзать и бороться своим беззаветным орловцам, своим храбрецам белгородцам».     

Через два дня в «Правде» были опубликованы стихи  спецкора «Красноармейской правды», предшественницы «Белорусской военной газеты. Во славу Родины», Александра Твардовского, поэта-фронтовика, известного на всю страну автора «Книги про бойца» о Василии Теркине. В этом стихотворении есть и такие слова:

И голос праздничных орудий
В сердцах взволнованных людей
Был отголоском грозных будней,
Был громом ваших батарей.
И каждый дом, и переулок,
И каждым камнем вся Москва
Распознавала в этих гулах –
Орел и Белгород – слова!

Потом были второй, третий и последующие салюты…  По приказу Сталина интервал между залпами сократили до 20 секунд. Шумовой эффект пушек усилили сначала стрельбой из пулеметов трассирующими пулями, лучами прожекторов, а потом ракетным фейерверком.  

Вскоре Генштаб разработал, а Верховный Главнокомандующий утвердил три категории салютов: 1-я – 24 залпа из 324 орудий, 2-я – 20 из 224-х и 3-я – 12 залпов из 124 орудий. Всего же в Москве за годы Великой Отечественной войны было произведено 355 салютов: первой категории – 23 раза, второй – 210, третьей – 122.

9 мая 1945 года в Москве, в День Победы советского народа над фашистской Германией, прогремел исторический, самый величественный праздничный салют 30-ю залпами из 1 000 орудий.

Впечатляющим выглядел и фейерверк, сопровождавший эти залпы, и световой шатер над центром Москвы, образованный лучами 160 прожекторов войск ПВО.

Примечательно, что в честь войск, которые отличились при освобождении Беларуси в ходе осенне-зимней военной кампании 1943–1944 годов, было дано пять салютов. В ходе Белорусской стратегической наступательной операции «Багратион» их произведено еще 36, в том числе в честь личного состава соединений и частей, отличившихся в боях за Беларусь, – 24. Первый салют за освобождение Речицы был дан 18 ноября 1943 года, а 26 ноября 1943-го Москва салютовала в честь Гомеля, 3 июля 1944-го – Минска, 28 июля 1944-го – Бреста.

Николай ШЕВЧЕНКО, подполковник запаса



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике

История знаменитого на весь Советский Союз и за его пределами часового завода «Луч» началась в далеком 1953-м: руководители советской промышленности решили, что в БССР необходимо организовать производство женских наручных часов.

Если бы вы спросили у советского новосела 70-х или 80-х, какой мебелью он собирается обустраивать свою квартиру, в классическом или минималистском стиле, он посмотрел бы на вас как на умалишенного. Да потому что стиль в то время был один – «что достанешь».

В 1962 году лишь четыре советские семьи из ста имели дома холодильник, в 1970-м – 43 семьи, а в 1988-м – 92.

Чего только нет в современном маркете – почки заячьи верченые, головы щучьи с чесноком, икра черная, красная и икра заморская, баклажанная…Как говорится, «з рога ўсяго многа».