Культура

№17 от 26 апреля 2018 года

Привет, Мухомор!
Привет, Мухомор!

Огромная популярность пришла к Юрию Кузнецову после образа Мухомора в сериале «Улицы разбитых фонарей». Всего же на счету заслуженного артиста России более 130 ролей. А дебютировал Кузнецов в фильме Никиты Михалкова «Свой среди чужих, чужой среди своих», потом были роли в фильмах «Торпедоносцы», «Мой друг Иван Лапшин», «Холодное лето пятьдесят третьего», которые принесли актеру известность.

– Юрий Александрович, все лучшее, что у нас есть, закладывается в детстве. Каким оно у вас было?

– У меня было счастливое босоногое деревенское детство, поэтому воспоминания о нем – самые яркие. Моего отца, когда он получил аграрно-техническое образование, отправили работать в глухую сибирскую деревню. Там даже электричества не было, ни одного трактора, одна машина ЗИС-5 и лесопилка с фермой. Мы там четыре года прожили, а воспоминаний – на всю жизнь! Помню, как любили делать в лесу шалаши, как много играли в различные игры. А еще я был любопытный: вот у меня палец сломанный – это я его засунул в комбайн, выковыривая зернышки.

Когда в деревне наконец-то провели электричество, для нас это был большой праздник. Особенно для ребятишек, потому что раз в неделю передвижка привозила кино. Помню, фильмы шли под шум от нее – дры-дры-дры, но это нам не мешало. Как-то привезли картину «Разные судьбы». Учительница нам категорически запрещала ее смотреть из-за безнравственного эпизода: там физрук подсаживал ученицу на турник, а у нее задиралась юбочка. Но запрет ведь вызывает интерес. Мы смотрели картину, лежа под скамейками. Да, билет в кино стоил пять копеек, но даже этих денег в семейном бюджете не было, все жили очень бедно. И я, понимая это, никогда у мамы не просил денег  – мы бежали с другом на колхозную ферму, где был птичник куриц на двадцать, залезали туда через забор и прямо из-под курицы тырили по еще теплому яйцу. Потом шли в местное сельпо к продавщице тете Клаве, и она нам давала по пять копеек. Как у всех моих сверстников, любимым фильмом был «Чапаев».

– Любовь к кино привела вас в актеры, но почему поехали поступать во Владивосток, а не в Москву?

– Я, деревенский босоногий мальчишка, и не мечтал об этой профессии. Из любознательности попал в школьный кружок, потом в городской театральный. Меня это увлекло, было очень интересно. И к окончанию школы в другой профессии уже себя не видел. К тому же у меня с арифметикой и со всеми точными науками было плохо. А когда после окончания школы встал вопрос, куда ехать поступать – в столицу или во Владивосток, – так как расстояние от моего дома одинаковое, я выбрал Дальний Восток, потому что в Москву сибирскому пареньку ехать было страшновато. Притом слышал, что там огромный конкурс. В общем, один, без родителей, поехал во Владивосток, где до этого никогда не бывал. Знал только, что рядом море и океан. Актерский факультет Дальневосточного педагогического института искусств открылся только четыре года назад, и когда я туда приехал поступать, был первый выпуск, среди выпускников которого оказался известный впоследствии режиссер и актер Валерий Приемыхов. Мы с ним вместе играли в фильме «Холодное лето пятьдесят третьего». Выпускники питерского и московских вузов говорят: я учился у такого-то педагога. И это замечательно, однако у нас во Владивостоке не хватит пальцев на руках и ногах, чтобы перечислить, сколько там было замечательных педагогов, которые вкладывали душу в своих студентов! И мне в этом очень повезло. Педагоги, служившие актерами в местном театре, передавали свой опыт. Помню, как стоял за кулисами и учился, как нужно играть.

– Вы ведь работали в Омском театре, а как попали в фильм Алексея Германа «Мой друг Иван Лапшин»?

– Омск – небольшой город, и меня нетрудно было разыскать. Однажды в дверь позвонили – на пороге стоял неизвестный человек. Оказалось, это второй режиссер картины «Мой друг Иван Лапшин» Виктор Аристов. Он до визита ко мне был у нас в театре и в фойе на стене увидел мой портрет. Аристову понравилась моя фактура. Мы с ним разговаривали часа два. Я все время говорил, жестикулировал, а Виктор Федорович молчал и пронзительно смотрел на меня. Потом я узнал, что, помимо Омска, он был в Иркутске, Красноярске. В Новосибирске познакомился с актером Андреем Болтневым. Короче говоря, после этой встречи меня вызывают в Ленинград на пробы. Оказалось, что Аристов предложил главную роль Лапшина. Самое интересное, что худсовет меня утвердил, но Герман возразил: «Он какой-то хитрый, я ему не верю, а мне нужен на главную роль человек открытый. Человек, который будет вспоминать об этом долгие годы». В результате главную роль сыграл Андрей Болтнев. А у меня не было восторга, что буду сниматься в кино у такого режиссера. И когда я сказал на кинопробах: «Кончайте эту канитель, у меня завтра спектакль в Омске», – все были поражены, а я собрался и улетел. После этого вдруг получаю телеграмму: «Вы утверждены на роль начальника районной милиции». Вот так господин случай подарил мне эту роль. На съемках была хорошая атмосфера, отличный актерский ансамбль. Например, на роль писателя Ханина Герман пригласил Андрея Миронова.

– Правда, что на съемках фильма «Противостояние» вы подружились с Олегом Басилашвили и он вам помог перебраться в Петербург?

– Да, когда мы снимались в Петрозаводске в фильме «Противостояние», у нас с Олегом Валерьяновичем сложились хорошие отношения. И он мне предложил: «Давай я поговорю о тебе с худруком БДТ!». Но Георгий Товстоногов отказал: «Я вижу, он хороший артист, а что у меня будут делать Богатырев, Толубеев и другие? Им же нужно роль дать». Потом Басилашвили поговорил обо мне с худруком театра комедии им. Н. П. Акимова Юрием Аксеновым. Я тогда очень плотно был задействован в Омском театре и охоты к перемене мест не испытывал, а тем более о Ленинграде даже не мечтал. Хотя город мне очень нравился, я туда ездил на съемки. И вдруг Аксенов приглашает меня на роль в спектакле «Бешеные деньги». Сначала сыграл несколько ролей, а потом уже перевез семью в Ленинград. После чего 18 лет служил в этом театре.

– Известно, что у вас большая библиотека. А какую книгу вы бы взяли собой на необитаемый остров?

– У меня приличная библиотека. Вот только что купил новую книгу Кати Рождественской, с которой мы дружим, она помогала моей семье. Все ее предыдущие книги прочел. А еще купил «Дневники Лихачева». В ближайшее время их прочитаю. А на необитаемый остров взял бы ту, которую еще не читал. Я часто пересматриваю свою библиотеку и переживаю, что не все прочел. Не люблю детективы, мне по душе мемуары, воспоминания. 

– У вас большая коллекция колокольчиков, вы знаете их количество?

– Уже и не помню, кто подарил первый, но я увлекся коллекционированием и стал покупать их в тех городах, где бывал. Коллеги, друзья, зрители, узнав об этом, стали мне их дарить. Когда колокольчиков стало так много, что они уже не помещались дома, я перевез их на дачу. Там решетчатый потолок, и я их развесил по всему потолку дома. Сейчас колокольчиков так много, что уже сбился со счета. 

– Скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты. А кто ваши друзья?

– После смерти жены дочка Саша – мой самый близкий друг и моя отдушина. Несмотря на большую разницу в возрасте, у нас нет с ней временного непонимания, каких-то расхождений, что обычно бывают у отцов и детей. Мы друг друга понимаем с полуслова, ничего не навязываем. Очень много общаемся, вместе ходим в театры, путешествуем, она ведет мои дела. Саша учится на режиссера, и я мечтаю, что когда-нибудь снимусь у нее.

– Какая из ваших ролей наиболее дорога?

– Каждая запоминается по-своему. По восприятию зрителя – «Колье Шарлотты», «Остров» и «Холодное лето пятьдесят третьего». В этом веке моей визитной карточкой стала роль Мухомора в сериале «Улицы разбитых фонарей». Вы видели, как на открытии кинофестиваля «Виват, кино России!» актеры ехали на ретро-автомобилях из легендарных фильмов по Невскому проспекту, и на протяжении всего пути многочисленные зрители кричали мне: «Привет, Мухомор!».



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике
От автора

О ней в местных газетах вышло несколько публикаций с одним и тем же названием «Девушка, которая отказывается сниматься в кино».

В фильме «Как закалялась сталь» Владимир Конкин должен был сыграть роль Лещинского. Случай круто изменил его жизнь.

Экспромты и импровизации Сергея Маковецкого иногда приводили к казусным ситуациям.

Актер без зрителя существовать не может, поэтому, снявшись в кино или сыграв в театре, он ищет отклик у публики