Культура

№4 от 25 января 2018 года

Амплуа, продиктованное лицом
Амплуа, продиктованное лицом

Прошло уже 35 лет, как Игорь Добролюбов снял на «Беларусьфильме» всенародно любимую комедию «Белые росы». Одну из главных ролей в фильме сыграл народный артист России Михаил Кокшенов. Родился он 19 сентября 1936 года в Москве. После окончания театрального училища имени Бориса Щукина работал на сцене театра им. В. Маяковского, Московского театра миниатюр и Театра-студии киноактера. А кинодебют актера состоялся в легендарном фильме «Высота» в 1957 году. Всесоюзную популярность актер получил благодаря комедиям Леонида Гайдая «Не может быть!» и «Спортлото-82». Всего же на счету Кокшенова более 100 ролей.

– Михаил Михайлович, сегодня вы – всенародно любимый актер, а с детства мечтали о сцене?

– Нет, в детстве меня влекло море – хотел быть моряком, как дед. Но в речной техникум не суждено было поступить – не прошел медкомиссию по зрению. Но я был большой романтик, поэтому поступил в Московский индустриальный техникум на специальность «геологоразведка». Профессия интересная и романтичная – бывая в летних экспедициях,  объездил всю Россию. Но был в ней и минус: многие геологи, оторвавшись от семьи, злоупотребляли спиртным, а я любил спорт и поэтому был чужой в экспедициях. Из-за этого и бросил техникум.

Как многие послевоенные мальчишки, очень любил кино. К тому же мама из-за меня в свое время не стала актрисой, и я решил осуществить ее мечту. И в результате со второго раза поступил в Щукинское театральное училище. Я был счастлив! Мне казалось, что со своим ростом под два метра буду играть героические роли. Но, к сожалению, преподаватели мне объяснили, что у актера с таким лицом будет совсем другое амплуа. Я стал бороться за свое место под солнцем. Чтобы играть главные роли, начал писать рассказы под себя, которые выдавал за отрывки из Куприна или Бунина. Удивительно, но преподаватели верили, что это неизвестные произведения классиков. Видя реакцию преподавателей и зала, мне было обидно, что все аплодисменты Куприну с Буниным достаются. Но я стойко держал марку и не выдавал себя.

– Ваш звездный час наступил, когда вы сыграли главную роль в фильме нашего земляка Владимира Мотыля «Женя, Женечка и «катюша». Что вам запомнилось со съемок?

– Благодарен Мотылю, что он меня отобрал на главную роль. Причем я не знал, что он белорус. Сценарий фильма написал по своей повести «Будь здоров, школяр» Булат Окуджава. Когда перед съемками мы общались с Булатом Шалвовичем, он мне подарил свою книгу и подписал: «Михаилу Кокшенову – хорошо замаскировавшемуся интеллигенту». По сюжету фильма я играю антипод Олега Даля Захара Косых, который постоянно задирает и тюкает тонкого-звонкого интеллигента. Общаясь вне съемочной площадки, мы с Далем обнаружили, что у нас много общего. Например, мы родились в Москве, в один год окончили театральное училище. И самое главное, что оба – романтики. Во время съемок было много забавных историй. Например, часто в перерывах мы прямо в военной форме выходили в город погулять. И вот однажды нас остановил военный патруль. Даль уже был известным актером, да и форма на нас была времен Великой Отечественной войны, но несмотря на это стали допрашивать: из какой мы части и есть ли у нас увольнительная? Мы решили подшутить над патрулем. Я четко ответил: «Железнодорожный флот». А Олег подхватил: «Морская кавалерия!». Военные все приняли всерьез и отвели нас в комендатуру. И неизвестно, чем бы это закончилось, если бы мы не позвонили режиссеру. После чего Мотыль приехал нас вызволять.

– Знаю, что вы дружили с Савелием Крамаровым. Какой он был человек? 

– С Крамаровым познакомились в Театре миниатюр. Савелий увидел меня и сказал: «Вот кто будет подменять меня в роли Вани, пока я на съемках!». Позже наш общий друг Рудольф Рудин, пан Гималайский из «Кабачка 13 стульев», шутил: «Два таких интеллигентных лица в один кадр ставить нельзя – решат, что цивилизация прошла мимо». С Крамаровым нас объединяло то, что мы были за здоровое питание, старались есть побольше витаминчиков. Мы всегда вместе занимались спортом, любили плавать в бассейне, играть в теннис. Работали в Театре киноактера. И вдруг Крамаров неожиданно исчез, никому ничего не сказав. Наверное, Савелий боялся навлечь на друзей неприятности, поэтому уехал за границу, не попрощавшись. 

– Вы снимались в нескольких фильмах с Владимиром Высоцким. Чем он вам запомнился?

– С Высоцким мы снимались в трех картинах – «Единственная», «Как царь Петр арапа женил» и «Хозяин тайги». Больше всего запомнились съемки в тайге, где были стаи бурундуков, которых мы подкармливали. Жили мы в заброшенной армейской казарме. Сами набили сеном матрасы, от чего был чудный запах. После съемок вечерами играли в кено, щелкали прямо на пол кедровые орешки. Помню, однажды я вышел из игры, и Высоцкий попросил меня сходить за колодезной водой. Я вышел с ведром и только завернул за угол, как услышал рев. Естественно, испугался! А оказалось, это Высоцкий решил надо мной подшутить: высунул голову из окна и своим хриплым голосом стал рычать. В Москве мы жили по соседству на Малой Грузинской улице, и поэтому с киностудии Владимир часто меня подвозил на своем «Мерседесе». 

– Своей популярностью вы обязаны Леониду Гайдаю. Почему, по-вашему, его комедии такие популярные?

– Комедии Гайдая были популярны потому, что он собирал лучших комедийных актеров. А еще режиссер работал над каждым словом в сценарии, каждой мезансценой, у него каждая деталь была тщательно прописана. Наше знакомство произошло заочно. Как мне рассказывал потом Гайдай, он, прогуливаясь возле газетного киоска, обратил внимание на мою открытку за стеклом, которая продавалась за 8 копеек. В те годы открытки популярных актеров выпускались по заказу бюро пропаганды советского кино. После успеха фильма Мотыля «Женя, Женечка и «катюша» такую открытку выпустить предложили и мне. И я специально для этого купил в валютном магазине «Березка» синий блейзер с серебряными пуговицами. К сожалению, полиграфия была плохая, поэтому эффект от костюма был не тот, на который я рассчитывал. Синий цвет дал тень на лицо, и оно у меня получилось как у запойного алкоголика. Но именно это сыграло решающую роль. Гайдай обратил внимание на мою открытку и сказал киоскерше: «Дайте мне вон того, синенького».

А на следующий день ассистент режиссера разыскал меня и пригласил на пробы. И в результате я был утвержден на роль в фильме «Не может быть!». В Астрахани, где снималась картина, в порту было много сушеной воблы. И я заметил, что Гайдаю ее очень хочется. Я попросил у матросов рыбу и угостил ею режиссера. С этого момента и началась наша дружба, которая продолжалась долгие годы. Кстати, я благодарен Гайдаю, что он ко мне прислушивался и позволял импровизировать. Например, когда мы снимали фильм «Спортлото-82», в Алуште на местном рынке я услышал, как продавец выкрикивает: «Кому апельсинчики, кому витаминчики?». В тот же день я предложил Гайдаю эту фразу, и он согласился. В результате выражение ушло в народ.

– После смерти Гайдая вы сами стали снимать комедии...

– Многие комедийные актеры после смерти Леонида Гайдая, можно сказать, осиротели. Я решил продолжить это дело, чтобы его любимые актеры не были без работы. Сам писал сценарии в соавторстве с Аркадием Ининым, с которым сотрудничал Гайдай. Самому приходилось искать деньги на кино, стать режиссером. В результате снял 13 фильмов.



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике
От автора

О ней в местных газетах вышло несколько публикаций с одним и тем же названием «Девушка, которая отказывается сниматься в кино».

В фильме «Как закалялась сталь» Владимир Конкин должен был сыграть роль Лещинского. Случай круто изменил его жизнь.

Экспромты и импровизации Сергея Маковецкого иногда приводили к казусным ситуациям.

Актер без зрителя существовать не может, поэтому, снявшись в кино или сыграв в театре, он ищет отклик у публики