Ракурс

№44 от 02 ноября 2017 года

Во имя любви
Во имя любви

Единственная в Беларуси группа взаимопомощи для родителей ЛГБТК-детей (лесбиянки, геи, бисексуалы, трансгендеры и квиры – неопределившиеся) в Минске существует уже  два года. За это время ее основатели и участники убедились: группа не просто нужна, а необходима. Ведь она для многих стала единственной отдушиной, где родители могут обсудить проблемы, помочь друг другу, понять, что они не одиноки. Корреспондент «7 дней» побывала на одной из встреч, чтобы понять, чем занимается группа и что же чувствуют те, чьи дети не вписываются в понятие «норма».

– Цель группы – психологическая поддержка каждого участника, – пояснила психолог, ведущий группу в Community Centre для ЛГБТК+ людей и их близких, Инна Саленикович.

 Встречи проходят два раза в месяц, и сегодня их посещают девять мамочек – именно так называют участниц группы. А вот с папочками – большая проблема.

–  Это, скорее, культурная особенность, – поясняет психолог. – Для папы, если сын гей, дочь лесбиянка или ребенок бисексуал, трансгендер, – это невыносимо и постыдно, как бы «брак в работе». Они игнорируют эту ситуацию, будто ее и не существует, многие даже не знают, что их ребенок ЛГБТ.

Что происходит с матерями, которые сталкиваются с подобной ситуацией? Психолог поясняет, что первая стадия – это шок, который может длиться от нескольких минут до нескольких месяцев. Вторая – отрицание в качестве защитной реакции. Оно может выражаться в безразличии, замалчивании темы и некой враждебности по отношению к ребенку. Потом наступает чувство вины: что я сделала не так, где допустила ошибки в воспитании? Далее приходит принятие решения: либо отношения и забота о ребенке сохраняются, но тема его сексуальной ориентации или гендерной идентичности табуирована, либо продолжение отношений, проявление интереса и участие в его переживаниях, связанных с сексуальной ориентацией или гендерной идентичностью, либо постоянный конфликт и враждебность.

Важно донести до родителей главное. Во-первых, когда они узнали о гомосексуальности или трансгендерности своего ребенка, он не стал другим, он остался таким же, каким был вчера, это тот же человек, с таким же характером. Во-вторых, они не виноваты, что их ребенок имеет гомосексуальную ориентацию или является трансгендером. Еще один наиболее часто встречающийся вопрос: почему так случилось? Рассматриваются разные подходы – что это генетическая предрасположенность, особенность структуры мозга или социокультурное воздействие. Единой точки зрения здесь пока нет.

Исповедь...

Любовь

(мама трансгендерной дочери):

– Рассказывать всю правду не готова ни я, ни моя семья. Но тем не менее – я здесь. И могу говорить об этом. Я мать двоих детей, старший сын у меня гетеросексуальный. Короче говоря, у меня теперь уже трансгендерная дочь, которую я очень люблю. Мой младший сын рос очень тихим, спокойным. Я не замечала в нем ничего странного. Потом он поступил в вильнюсский университет. Именно тогда наше общение стало минимальным, он стал замыкаться, закрываться в своей комнате. Однажды, когда хотела узнать, что же происходит, услышала ответ: «Мама, я изгой». Я тогда не могла понять почему... Сын уезжал, а я оставалась с этим. Но никаких догадок и предчувствий не было, я не представляла, что ждет впереди. Потом мой ребенок обратился к психологу-психиатру с жалобами на то, что не может дальше учиться, что есть суицидальные мысли – он почти осуществил попытку, но помогли выкарабкаться друзья. Спустя два года мне пришла смс: «Мама, ты где? Мне нужно с тобой очень серьезно поговорить». Этот наш разговор запомню на всю жизнь. «Мама, я больше не могу. Я запуталась в местоимениях. Я обратилась к эндокринологу, решила сменить пол и начала гормональную терапию». Первая реакция – шок, ужас, страх, боль, стыд. Что я скажу соседям? Что я скажу родным? Уже позже я начала много читать по этой теме... Первым, кому я сказала о том, что наш сын решил сменить пол, был муж. На что была следующая реакция: «А зачем ты мне об этом сказала?». Старшему сыну рассказала спустя месяц. Реакция была нейтральная. Он старался уйти от этого. Я же стала узнавать информацию в интернете, чтобы наладить отношения с теперь уже дочкой. Начала к ней ездить, а встречи наши стали проходить более тепло. Я благодарна всем, кому смогла постепенно открыться. Они приняли все с пониманием и поддержкой. Потом мне посоветовали психолога, которая вела группу взаимопомощи. Знаете, только здесь мы можем понять друг друга. Основываясь на своем опыте, прошу всех родителей, которые уже столкнулись с подобной ситуацией, и тех, кто может столкнуться: не отталкивайте своих детей! Любите, принимайте такими, какие они есть. Сейчас моя девочка закончила университет, и я очень горжусь ею – она у меня очень нежная, добрая и ранимая. Все в нашей семье, я уверена, любят нашу девочку. Все мы. Без исключения!

Ангелина:

– В мае этого года я совершенно случайно в час ночи услышала откровенный разговор сына с парнем по телефону.  Для меня это был шок. Он до сих пор даже не догадывается, что я все знаю. Потом нашла в какой-то статье информацию о том, что существует группа поддержки. Да, сейчас у меня одни слезы. Я ушла полностью в работу, отстраняюсь от этой проблемы. Не хочу об этом думать. Понимаю, что надо что-то делать, как-то исправлять. Но в то же время понимаю, что ничего не исправлю и с этим надо научиться жить. Я пытаюсь. Но пока очень этого боюсь. Мне стыдно перед собой, перед ним, перед окружающими... Я понимаю, что надо как-то пережить это время...

Ольга

(мама трансгендерного сына):

– Теперь я осознаю, что  некоторые предпосылки к тому, что в моей жизни произошло, все-таки были. А на ту пору... Однажды совершенно случайно  услышала, как дочь с кем-то разговаривала по телефону, называя себя Артуром. Я тогда спросила, что это значит? И получила ответ, что это такие игры-шутки... Да, подозрения закрались. Но я ведь была уверена, что такая проблема может возникнуть у кого угодно, но только не у меня, не в нашей семье. Потом мы все же сходили к сексологу. На вопрос: «Что же мне вообще с этим делать?» – он сказал: – Самое главное, не копайтесь в себе и не вините себя. Делайте все, чтобы ваш ребенок больше улыбался. И помните, что в таких случаях, как ваш, 7 из 10  заканчиваются суицидом». Конечно, больше мне ничего говорить не надо было. Держалась как могла. Вначале –  шок... Были комиссии, смена паспорта. Вот как такое могло случиться? Никогда не разлучались надолго, думала, что я хорошая мать, что все у нас в семье благополучно. И вот так все кардинально поменялось. Муж бросил мне фразу: «Чего ты раньше не сказала?». А я ведь понятия не имела, что такое бывает... на таком уровне. Все казалось, что природа возьмет свое. А, оказывается, природа –  настолько тонкая материя. Сейчас от нашей прошлой жизни не осталось и следа. Но несмотря на все, у меня есть сын. Любимый сын, которого наша семья приняла и поняла. Да, на это потребовалось время. Но мы вместе.

Если вы являетесь родителем или близким ЛГБТ-человека и вам не с кем об этом поговорить, задать вопросы или просто не от кого получить поддержку, – эта группа взаимопомощи для вас. Записаться, задать вопросы, уточнить информацию можно, написав на почту Community Centre для ЛГБТК+людей и их близких info@communitycentre.by с темой письма «Группа взаимопомощи для родителей ЛГБТ-детей». Укажите в письме свое имя, возраст и контактный номер телефона.



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике
От автора

Владимир Яковенко: «Мои друзья – мудрые люди. Когда в трудных ситуациях я сомневался, как поступить, то сам себе говорил: «Надо посоветоваться с друзьями…»

Это сейчас большинство «айтишников» – мужчины, но так было не всегда. В 1943 году, когда в США стали «придумывать» первый компьютер, в университете Пенсильвании, то все программисты были исключительно женщины. Мужчины занимались серьезным делом – создавали собственно сам компьютер, что было невероятно серьезным делом, ведь он имел размеры трех- этажного дома. Программистов держали за клерков, главное – машина! Но уже в конце шестидесятых годов понимание, что за программированием – будущее и потенциальные возможности его очень велики, заставило мужчин обернуть свои взоры.

В эпоху «двоих детей» китайские родители хотят дочерей.

Представьте себе такую ситуацию: из вашей жизни пропала абсолютно вся цифровая техника, от смартфона до старичка телевизора. Уже паникуете? Не знаете, чем занять свои руки и даже мысли? Корреспондент «7 дней» решила рискнуть и провести целую неделю без всем нам полюбившихся гаджетов, чтобы доказать себе и читателям, что в быту можно обойтись и без них. Или нет?..