Погода, Беларусь
Главная Написать письмо Карта сайта
Здоровье
>>>
Тема номера
>>>
150 золотых маршрутов моей Беларуси
>>>



Правило глагола

№40 от 05 октября 2017 года

Александр Лазуткин: Не соглашусь даже за 20 миллионов долларов
Александр Лазуткин: Не соглашусь даже за 20 миллионов долларов

За полгода полета международная российско-американская космическая станция «Мир» стала для бортинженера Александра Лазуткина, по его словам, пациентом, а он чувствовал себя доктором, который знал больного очень хорошо: где у него колет, где «просквозило» и чем чреваты осложнения. «Это удивительное чувство – осознавать, что всю эту громадину изучил до последнего винтика», – говорит покоритель космоса.

За время пребывания на станции произошло все, что только может случиться: пожар, отключение электричества, утечка хладагента из системы кондиционирования, разгерметизация и, наконец, «жесткая посадка» на Земле, когда у капсулы не сработали двигатели мягкого приземления.

Этот полет потребовал от всего экипажа станции, и прежде всего от бортинженера Лазуткина, мужества и слаженности действий. Космонавтам приходилось работать в противогазах, выдерживать температуры до 50 градусов. Они справились и 15-го августа 1997 года благополучно вернулись на Землю. За этот экстремально сложный полет в космос Александр Лазуткин был удостоен звания Героя России. Кроме того, работу космонавта оценили и зарубежные коллеги – NASA наградило медалями «За космический полет» и «За общественные заслуги».

Заблуждаться

Яркое солнце на фоне черного-черного неба и вокруг, как бриллианты, огромные скопления звезд... Их количество превосходит все ожидания. Если будет когда-либо такая возможность, купите билет и слетайте в космос. Не пожалеете!

Когда находишься снаружи, видишь, что Земля действительно круглая, она ни на чем не стоит, ни на чем не висит… Значит, подсказывает тебе здравый смысл, она падает. Куда падает? В эту бесконечность? Ты видишь огромную Вселенную, прикидываешь, какие там огромные расстояния, и понимаешь: вот он, мир, в котором мы живем, а не тот, по которому здесь все ходим. Начинаешь задавать себе вопросы, а кто все это так удачно срежиссировал? Неужели во всей бескрайней Вселенной мы одни? Или где-то еще есть разумная жизнь? 

Выдержать

Помню первые секунды пребывания в космосе. Я привязан к ложементу, передо мной бортинструкция, такая толстая книжка-шпаргалка. Я ее отпускаю – а она висит…

Дней десять привыкал к невесомости. Ощущение, похожее на то, которое мы испытывали в детстве, когда долго катались на каруселях. Почувствовал тошноту, и она стала расти, расти… День ото дня становилось хуже, и я было решил, что зря стал космонавтом, перспектива оставаться здесь еще шесть месяцев очень не понравилась. Но организм постепенно привык к невесомости, я выдержал и вот тогда-то и начал получать огромное удовольствие. Здорово: упасть не можешь, сломать что-то трудно, постелешь белую скатерть – она так и останется белой в течение всего полета. Даже если ты прольешь напиток или соус. Разлилось что-то – не страшно: как рыбка, подплыл к шарику сока или воды и проглотил его.

Шокировать

Пожар – крайне маловероятное событие в космосе. Но пришлось столкнуться и с ним: загорелся металлический контейнер из нер-жавеющей стали. Когда увидел огонь, был шок. Нет, не страх, а именно шок! На занятиях говорили, что контейнер сделан из стали, которая может загореться при температуре 1200 градусов. А температура реакции – 600 градусов, то есть пожар был просто нереален. Но вижу – горит!

В этом шоковом состоянии пробовал нажимать на какие-то кнопочки, взял шланг, стал тушить. Попробовал ребят позвать, однако они в другом модуле готовились ко сну и не отреагировали. Но в это время включилась сирена по всей станции. И тут уже «столбняк» охватил всех остальных членов экипажа. Правда, это шоковое состояние мгновенно прошло, Валера Корзун скомандовал всем взять огнетушители, и дальше все шесть человек слаженно, несуетливо, четко, без лишних движений начали бороться с пожаром. Действия экипажа в тот момент можно было сравнить разве что с работой часового механизма.

Пересилить

Тело, которое привыкает к невесомости, трудно потом раскачать, заставить, чтобы оно напрягалось. Самое сложное для меня было заниматься физкультурой. А это нужно было делать дважды в день по часу – час до обеда и час после, причем нагрузка предполагалась очень интенсивная. Такое ощущение, что внутренне разделился: есть Я – человек разумный и есть тело со своими Я-желаниями. И первые 15 минут начинаешь уламывать тело, уговаривать, заставлять. И так дважды в день каждый раз боролся с собой все эти шесть месяцев. Устал страшно. 

Противоречить

Кругосветное путешествие здесь ты делаешь за два часа. За этот промежуток времени, огибая весь наш шарик, наблюдаешь за тем, что где происходит, где, скажем, развивается циклон. На земле не сможешь это состояние даже смоделировать. Из космоса видишь, как на Земле тайфун подходит, скажем, к Техасу, и это страшная вещь. Трагедия. Люди гибнут, вода заливает город, и он оказывается под угрозой разрушения. А из космоса, как ни парадоксально, циклон – красивое зрелище: облака закручиваются в спираль, танцуют…

Привыкать

Трудно было делать первые шаги на Земле, боялся, что не смогу контролировать свои ноги и упаду. Укачивало, начались вестибулярные расстройства. Помню, на следующий день после возвращения завтракаем с командиром за одним длинным столом. «Василий, подай, пожалуйста, вилочку!» – прошу его. Василий берет вилочку и спокойно бросает ее… в меня. Сказывается привычка: в невесомости мы никогда не передаем ничего из рук в руки. Просит коллега ручку – лови! И она летит по назначению. Этот бросок Василия для меня был абсолютно понятен, правда, хорошо, что и у него координация была нарушена и он не попал. Мелькнула мысль: здорово, что он не попросил меня передать стакан с чаем. С этого момента понял, что надо за собой следить. 

Убирать

Каждую субботу и воскресенье на станции мы должны были заниматься уборкой. Она не приносила радости. Это дома мы быстро полы пропылесосили, помыли, тарелочки расставили и все. А там нужно мыть все: стены, потолок, потому что люди в невесомости летают и трогают все что угодно. И ты убираешь не только для того, чтобы вокруг было чисто, но и чтобы не было лишних микробов.

Спать

К сожалению, в невесомости кровать не нужна. Дома я привык спать на подушке, придавленный одеялом… А здесь пришлось спать в воздухе: привязываешь обычный спальный мешок к стеночке,  залетаешь, закрываешь глаза… Куда бы ты ни лег, все равно будешь двигаться между верхней и нижней частями спального мешка.

Кстати, заснуть там можно в любом положении, даже за работой: тепло, комфортно, летаешь, иногда даже не заметишь, как отключаешься… Интересно, что там тебя никто не будит, единственное, пристегивают к стеночке, чтобы никуда не улетел. Поспал минут 15, отдохнул – и снова проснулся, приступил к работе.

Мистифицировать

Инопланетян в космосе не встретил, но уверен, что мы не одни во Вселенной. Однажды глянул в иллюминатор и боковым зрением увидел, как на черном фоне что-то появляется. Всматриваюсь – вроде ничего, лишь черное небо да скопления звезд. Снова взгляд упал на Землю, а потом опять появляется ощущение, что здесь нечто. Стало страшно. Я тогда подлетел к противоположному иллюминатору: посмотрел – ничего. Опять вернулся на прежнее место: боковым зрением рассмотрел два полупрозрачных сгустка-облачка. Эти образования были устойчивы, отметил про себя, что они похожи на глаза, которые переливаются, движутся. Но как только бросил туда прямой взгляд – все сразу же исчезло. По телу пробежал холодок. Что это было – до сих пор не знаю.

Мечтать

Полетит ли в обозримом будущем человек на Марс? Полетит! Если бы не распался СССР, в котором была разработана последовательная и долгосрочная программа покорения космоса, мы бы уже практически снаряжали марсианскую экспедицию. В свое время президент США пообещал, что американцы в ближайшие 10 лет отправятся на Луну. Он сделал это заявление, когда у них еще даже носителя не было, они еще в открытый космос человека не могли вывести! То есть первоначально должна быть воля, а потом все – нация, власть, промышленность – работает на решение этой задачи. А что сейчас мешает нам это сделать?

Дружить

Русские, немцы, американцы – в космосе я убедился, что между нами нет никаких политических противоречий. Мы все там делаем общее дело, так какие могут быть разногласия? Здесь же, на Земле, иностранные коллеги для России одновременно и партнеры, и потенциальные соперники в этом деле. А вот про Беларусь нельзя сказать, что мы соперники. Беларусь – наш родной партнер. В этом и есть наша сила и то, что может нас объединить. Мы должны вместе идти к цели, не подставляя подножки друг другу и не забегая вперед. Словом, жить как в одной большой и дружной семье.

Философствовать

До полета понимал, что хорошо быть богатым, потому что когда есть деньги, тебе доступно абсолютно все. И вот во время полета пролетаю над Багамами, где на пляже лежат и загорают «денежные мешочки». Я подумал о том, что никто из них не может оказаться на моем месте, несмотря на все свои несметные сокровища.

Туристы за космическую прогулку готовы выложить 20 миллионов долларов. Это большие деньги. Я подумал: а если бы перед полетом мне предложили 20 миллионов – живи на эти средства, но не лети. Признаюсь, наверно, я бы их взял. А после полета понял: даже если это была еще большая сумма, отказался. Я получил там такие ощущения, которые ты никогда и нигде больше не испытаешь.  
 



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике
От автора

За ее плечами – 15 олимпиад в качестве спортивного журналиста. Она – автор шести книг о звездах спорта.

Она так говорит о своем кредо: «В одном из произведений Воннегута на могильной плите всего два слова: «Он старался». Я тоже стараюсь».

Я приезжаю в небольшие белорусские города по 2–3 раза в год и счастлива, что люди меня приглашают, что я им интересна и что они хотят меня видеть.

Когда-то Вергунов писал сказки для взрослых для белорусского радио «Пошта блакітнага вагона», которая продержалась в эфире 21 год!