150 золотых маршрутов моей Беларуси

№50 от 14 декабря 2016 года

Местковичи
Местковичи

Авторский проект
художника, реставратора, путешественника
Владимира Цвирко.

Мы с вами, дорогие читатели, не относимся к «ленивым» путешественникам: ведь куда проще — открыть путеводитель или примкнуть к группе туристов, чтобы вслед за экскурсоводом пробежать и посмотреть известные достопримечательности.

Мы открываем новые страницы на туристической карте страны. Бываем в тех небольших и славных местечках, о которых знает лишь узкий круг специалистов-исследователей да местные жители. У нас с вами есть возможность приобщиться к незнакомой (или просто забытой?) истории скромной деревеньки, полуразрушенной церкви, заброшенного парка. Мы стараемся, чтобы белых пятен на географической карте стало меньше, и, вместе с тем, чтобы меньше «белых пятен» стало и в нашей исторической памяти. Сегодня продолжим путешествие по Брестчине, где нам удалось обнаружить «незаметные» достопримечательности.

Деревня Велятичи


В 1524 году королева Бона Сфорца подтвердила Богдану Васильевичу Веляцкому право на его имение в Велятичах и другие владения в деревнях Невель, Болгары, Лосичи, Серники, Федоры... — всего 15 дворищ, перешедшие в наследство сыновьям Яну и Семену. Причем доля Яна частично отошла брату, а остальные земли отданы дочерям, передавшим их через супружество в другие семьи. Таким образом, Велятичи получает Ян Доманович, женившись на Томиле Велятицкой.

Позже Велятичи становятся королевской собственностью. В XVII—XVIII веках усадьба и деревня находятся во владении пинского доминиканского монастыря. В 1779 году здесь жил секретарь и сотрудник епископа А. Нарушевича историк Матеуш Тукальский-Нелюбович. С последней четверти XVIII века деревня принадлежит Скирмунтам. На средства Адама Скирмунта здесь была построена церковь Рождества Богородицы (1826). В деревне стоит мемориальный знак Францу Савичу (1815—1845) — уроженцу Велятичей, революционеру-демократу, поэту и публицисту. Он создал идейную основу, на которой базировались его последователи, в том числе Константин Калиновский, политические партии и движения конца ХІХ—начала ХХ столетия.

Деревня Лемешевичи


Из жалованной грамоты королевы Боны Сфорцы С.Орде, датированной 1528 годом, следует, что в селе Лемешевичи Орды имели дворище еще в бытность пинского князя Федора Ярославовича (до 1521). Властительница Полесья не сочла нужным менять собственника. Она же подписала привилегию (1546) на земли в волости Пинской — селах Морозовичи и Лемешевичи земянину — Савве Лемешу.

В 1681 году шляхтой в деревне возводится церковь. Документ, подтверждающий решение совместно начать ее строительство, сохранялся у сельчан вплоть до первой половины XX века. Церковь, вероятно, неоднократно обновляясь, простояла более 200 лет. Затем появляется (1885) новый храм — Рождества Богородицы. Построен он в стиле народного зодчества. В архитектуре просматривается также классический и ретроспективно-русский стиль.

Рядом с церковью стоит скульптура Иисуса, установленная в 1943 году.

Деревня Колодное


В 1863 году в этих местах отряд повстанцев из Кобринского, Брестского и Пружанского уездов под командованием отставного подполковника Ромуальда Траугутта отразил несколько неожиданных атак российских войск. У по-
встанцев погибло по меньшей мере семь человек. Где их похоронили, мало кто знал. Здесь располагалось имение рода Скирмунтов, незадолго до этого проданное дворянину Осипу Глебовичу. А потому непосредственных очевидцев тех событий осталось немного. Отряд, разделившись, отступил и некоторое время скрывался в окрестных лесах. В продвижении на Пинск (именно сюда лежал его дальнейший путь) предстояло преодолеть реки Припять и Стырью. По приказу своего командира повстанцы разделились на десятки и выходили из окружения малыми группами. Впоследствии Ромуальд Траугутт уехал в Варшаву. Но в 1864 году был арестован и казнен. Похожая судьба ожидала и его товарищей по оружию. В Колодном стоит памятник повстанцам, погибшим в 1863 году.

После подавления восстания сослали в Сибирь владельца имения Осипа Глебовича. Прежние хозяева фольварка, известная художница и скульптор Гелена Скирмунт и ее супруг Казимир, ведшие переписку с Ромуальдом Траугуттом, также оказались в ссылке в Тамбове и лишились своего имущества. В деревне стоит мемориальная арка в память Гелены Скирмунт (после 1990).


В окружении соснового бора на сельском кладбище Колодного сохранилась небольшая изящная деревянная церковь Святого Дмитрия. Построена она в 1866 году в стиле народного зодчества. Рядом стоит деревянная колокольня. Уцелела в деревне и уникальная мельница 1909 года постройки.

Деревня Вуйвичи


Поселение издавна заселено шляхтой и впервые упоминается в дарственной записи пинской княгини Олены Успенской церкви Лещинского монастыря на «дворищо в селе нашом Волбичох» (1516).

В 1788 году здесь из дерева была построена церковь Святого Ильи. В 1871-м церковь реставрируется и достраивается. Видоизменяется крыша молитвенного зала, выше поднимается основной купол церкви. Над трапезной надстраивают в три яруса колокольню.

Деревня Осовая


На месте старинного деревянного костела, разобранного в 1969 году, сегодня возвышается новая католическая святыня. Но от прежнего храма сохранилась двухъярусная деревянная колокольня в стиле классицизма, возведенная в 1820-м. На деревенском кладбище возвышается еще одна часовня из кирпича — это надмогилье шляхетского рода Орд (1832).

Деревня Радчицк


Церковь Рождества Богородицы сделана была из кирпича, что в этих краях является редкостью. Возведена она в стиле позднего классицизма в 1841 году на средства владельца имения Скирмунта. В 1849-м он был захоронен рядом с храмом. Здесь же были погребены и другие представители этого рода, но сохранилось массивное надгробие лишь одного из представителей известного шляхетского рода — Александра Скирмунта.

Деревня Плотница


Королева Бона Сфорца в 1555 году за верную службу дарит это имение Богдану Скирмунту. И на протяжении нескольких столетий род владел этими землями. В 1781-м в стиле народного зодчества в этой деревне возводится из дерева Покровская церковь. Местные жители утверждают, что изначально этот храм был униатским. А в 1875 году он был перестроен в православную церковь.

Деревня Колбы


Прежнее название поселения Сельцы (Селец) дал деревне осевший на Пинщине шляхетский род Колб-Селецких. Оно фиксируется в документах, относящихся к годам правления Казимира Ягеллончика (1446—1492). Так, по королевской привилегии Миколай Сыропят и его сын Ян имели усадьбы в Сельце и в соседних Конюхах. Земельные владения деда и отца почти без ущерба унаследовал пинский войский Мартин Янович по прозвищу Ширмач, что было подтверждено королевой Боной (1524) и Сигизмундом Августом (1558). Ширмич скончался в 1563 году, оставив четырех сыновей. Поселение принадлежало их потомкам вплоть до конца XVIII столетия. Некоторое время Колбами владели униатские епископы, а затем помещики Олевиньские. К 1939 году имение было разделено между сыновьями Калесантия Олевиньского. В Колбах остался хозяйствовать Антоний.

С 14 августа по 3 сентября 1916 года в деревне жил поэт Александр Блок. По некоторым сведениям, здесь скрывался от преследования будущий политический лидер независимой Польши Юзеф Пилсудский. К историко-культурным ценностям относится православная часовня XIX века, возведенная в Колбах. Она — памятник архитектуры с чертами неоклассицизма.

Деревня Местковичи


В XV веке здесь были земельные владения Сыропятов, перешедшие Ширмичам. В первой половине XVI столетия тут хозяйствовал пинский войский Мартин Янович Ширма. Со временем Местковичи заселили представители местной шляхты семьи Диковицких, Сачковских, Островских и другие.

Среди пойменных лугов Припяти вольготно раскинулась эта деревня. Приехали мы сюда смотреть красивейший православный храм. Церковь Святой Троицы построена из дерева в стиле народного зодчества в 1875 году. Включена в список историко-культурных ценностей.

Легенда от автора проекта

Братья-богомазы

Продолжение

Шибко испугались братья. Решили назад к костру вернуться, да совещаться стали, как им дальше быть. Они от людей слышали, что бывает такое: черти храмы рушат, разбивая их огромными валунами. Видать, и тот, что спит сейчас, несет глыбу каменную для этого неизвестно откуда. К счастью, у братьев была вода крещенская. Пошли они к камню, водой святой его окропили, молитву прочли и в незаметном месте на камне крестик маленький нарисовали. Вещи свои в охапку да айда бежать вокруг болота на другую его сторону. Дождались утра и давай кричать с противоположного берега — черта будить.

Черт проснулся, удивился, что его вчерашние знакомые так далеко отошли и его не разбудили. «Так мы будили тебя! — сказали братья. — Да ты только на другой бок перевернулся и дальше спал. Ну, взваливай свою ношу да за нами поспешай».

Нечистик стал болото обходить, а братья опять в крик: мол, ждать не будем. Иди через болото, мы ведь прошли. «Для тебя, богатыря такого, это просто лужица небольшая. Не срамись!» — говорят. Черт подумал: «А и вправду», — и ступил в болото. Да стал ногами в трясине вязнуть да еще заскулил, что камень у него больно тяжелый, вчера не такой был. «Поменяли, что ли?» — спрашивает. А братья: «Да ты что? Куда уж нам валун поднять. Мы вдвоем, будь даже камень в сто раз меньше, и то с места его не сдвинули бы. А тут — вон какая глыба! Только такому силачу, как ты, под силу его таскать!». Похвалы злыдню сил добавили, и еще дальше вошел черт в болото.

Но спасаться ему было уже поздно: камень, освященный страшным грузом, лег ему на плечи и все больше в болото погружал. Вот он с головою скрылся, камень вслед за ним. Там он его и привалил. Долго еще над трясиною визги и стоны черта стояли, пузырилась да булькала жижа мутная.

Спустя какое-то время гладь болотная успокоилась, только иногда со дна на поверхность поднимались редкие пузыри. Но потом и они пропали…

Одолел-таки камень крещеный силу бесовскую!

Но местные жители утверждают, что эти самые пузыри на поверхности болота до сих пор появляются. Не совсем, видать, околел черт, вздыхает он там, пытается воздуха в грудь набрать да на поверхность выбраться из-под камня, но пока сил ему на это нету да и не будет никогда.

— А что братья-богомазы? — спрашиваем мы. — До села дошли? Иконы расписали?

— Да еще как! — отвечают местные. — Судя по всему, дело они свое хорошо знали. Иконы, ими написанные, теперь храм наш украшают. Лики святых, уж сколько времени прошло, а и сегодня светятся. Зайдите, сами глаз от них не отведете!



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике


У лесе, у зялёнай імжы
Затуленыя вякамі
Каменныя стынуць крыжы
З адсечанымі рукамі.
Калі багоў даўніны Хрысьцілі –
Адцялі рукі,
І сталі крыжамі яны,
Сакральныя помнячы рухі.
Тут часу зацішна яшчэ.
Зьбіраюцца здані з адхонаў.
І камень сьцюдзёна пячэ
Сузор’е паганскіх пісьмёнаў.
Рыгор Барадулiн


Целина Розалия Леонарда Боженцкая (в девичестве – Хлюдинская) была причислена к лику блаженных в 2007 году. У этой женщины удивительная судьба: о ней знают во всем мире, но она не известна своим соотечественникам-белорусам. Родилась Целина в 1833 году в семье состоятельных землевладельцев, живших тогда в имении под Оршей.

По мнению местных историков, это поселение возникло еще в XIII веке. Но первое письменное упоминание про Германовичи датируется 1563 годом. Имение это было собственностью Сапег. В 1739 году бискуп Юзеф Сапега продал его за 12 тыс. талеров инфлянскому пану, у которого под опекой был очень смышленый паренек Игнат Ширин. Когда он вырос и разбогател, в 1782 году выкупил имение. С того времени и до 1939 года оно было собственностью рода Шириных.

Деревня Лужки стоит на берегу реки Мнюты недалеко от Шарковщины. Сначала это были владения Сапег, позже здесь хозяйничали представители рода Жаб, при котором Лужки получили статус местечка с возможностью проведения ярмарок.