Мы и мир

№27 от 06 июля 2016 года

Баба с возу, кобыле тяжелей!
Баба с возу, кобыле тяжелей!

И кто их придумал, эти брекситы?! Ах да, Дэвид Кэмерон… За что боролся, на то и напоролся. Зато теперь весь мир знает, что на самом деле значит «уйти по-английски».

Это вовсе не уйти незаметно. Британцы решили поступить наоборот — и так хлопнули дверью, что европейцы попросили их хлопать побыстрей. Так и сказали: «Если Англия решила выйти из Евросоюза, то пусть выходит побыстрей! Пусть не растягивает удовольствие». И тоже — хлоп дверью! Даже Ангела Меркель, раздосадованная британским референдумом донельзя, не способная даже назвать его референдумом, а лишь редуцируя до «печального события в Англии», и та попросила напрямую: «Надеюсь, Англия уйдет как можно скорее».

Это что же получается: уходя — уходи?  Или: баба (то есть Англия) с возу, и кобыле (то есть Европе) легче? Но, судя по постным лицам европейских лидеров, сиротливо оставшихся на континенте, и по тому, как они сердито выгнали Кэмерона со своего саммита в Брюсселе, «кобылке» вовсе не легче. «Кобылка» стонет и надрывается, припадает на все четыре ноги. Или сколько их там у нее осталось? Двадцать семь?

Нет, это вовсе не Англия хочет уйти по-английски — это ее хотят уйти по-английски! Теперь, после «печального» референдума неизбежен уход ключевого игрока всей западноевропейской  интеграции, крах Евросоюза хотят замять, будто неприличную историю в судьбе барышни на выданье.

А то, что выход Великобритании — это великий крах «общеевропейского проекта», понятно и очевидно каждому.

Только говорить об этом вслух запрещено, ибо тогда встанет вопрос: «А кто же виноват? Кто довел один из самых передовых и финансово обеспеченных интеграционных проектов до позора? Кто растранжирил все накопленные «Общим рынком» богатства, точно юный повеса состояние трудолюбивого папаши?».

Вопросы эти крамольные и звучать не должны. Но на них наводит само упоминание об Англии.  Значит, нужно ее тихо, незаметно, с невозмутимой миной на лице…  смести под коврик! И дело с концом.

Но вдумайтесь: с общеевропейского корабля сбежал если не капитан, так старший помощник. И какой судьбы вы теперь хотите ждать для такого судна? «Мы должны еще теснее объединиться!» — заклинают в Брюсселе, что звучит как издевка. «Еще теснее» того, что привело к выходу Англии? Похоже, чины в Брюсселе даже не понимают, что говорят. Впрочем, именно такие чины и могли подвести к краху саму идею объединенной Европы.  Это ведь они «объединяли» ее, разделяя на западную и «незападную». И постоянно «расширяя» Евросоюз! Только вот куда и за счет каких стран?  Неевропейских, что ли?

Вот обрадуются подобному определению вновь обретенные члены Евросоюза! Ничего, пусть знают, откуда и куда пришли...

А вот счастливый Найджел Фараж знает, откуда он ушел. И откуда увел Англию. Всего за десять лет политической борьбы этот евроскептик — а десять лет назад такое звание было равносильно прокаженному — из бунтаря-одиночки превратился в лидера отделившейся нации. Всего за десять лет он смог совершить то, что еще вчера казалось абсолютно невозможным. Как может происходить такое политическое волшебство?

Ответ прост: когда ты опираешься на реальные нужды простых людей, ты можешь все — как политик. И Найджел опирался на людей. И пробуждал их сознание. И люди придавали ему силу. А вот бюрократы в Брюсселе о людях забыли напрочь. Они защищали интересы лишь крупных корпораций. Если вы думаете, что европейских, то ошибаетесь. Ведь где у нас расположены самые мощные и крупные корпорации? Вот именно, давно уже не в Европе. Итак, если ты не служишь простым европейцам и даже уже не служишь европейским корпорациям, то кому или чему тебе остается служить? Правильно, некоей умозрительной «европейской идее». Вот это-то с блеском и даже изощренностью делали брюссельские бюрократы. Они служили идее, то есть были «идеалистами». Более того, «европейскую идею» они превратили в фетиш. Потому что за фетишем труднее разглядеть, чьим корпорациям ты служишь…

Ирония судьбы в том, что простые англичане, проголосовав «уходим» на референдуме и вывернувшись из-под этих корпораций в Европе и, образно говоря, вернувшись на Британские острова, вернулись не домой…. Они под эти же американские корпорации и вернулись. Ибо нет более ревностных служак этих корпораций, чем британский политический класс.

Наивный Найджел Фараж,  если б тебе сказали об этом сразу, ты, верно, и не затевал бы борьбу за выход из ЕС, не так ли? Теперь же, на вершине блаженства, ты, наконец, все понял… А посему, будучи честным человеком, решил уйти из политики. Победил — и ушел! Сообразил, что евроскептицизма мало, что скептицизму нужно придать глобальный масштаб. Вот почему бабе, хоть она и соскочила с возу, все равно не стало легче. Как и кобыле…



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике
От автора

В понедельник президент Макрон объявил о введении чрезвычайного экономического и социального положения в стране. Пока только экономического и социального.

Большие и насильственные протесты во Франции не учитывают, насколько плохо Европейский союз обошелся с США в вопросах торговли и платежей за нашу ВЕЛИКОЛЕПНУЮ военную защиту

This is for you! написано на ней – «Это для вас!». А за стеной для вас же приготовлены полицейские кордоны и восемь тысяч американских солдат.

В Порт-Морсби, столице Новой Гвинеи, было не до вдумчивых обсуждений. Единственное, что удалось там сделать сообща, – это сфотографироваться в «традиционных новогвинейский рубашках», хотя даже само словосочетание звучит странно…