Человек на своем месте

№7 от 18 февраля 2016 года

Тридцать восемь лет – на высоте!
Тридцать восемь лет – на высоте!

Я рассматриваю личные фото эффектной красавицы в элегантном брючном белом костюме и… не верю. Не верю, что эта подтянутая фотогеничная леди с внешностью телеведущей – машинист башенного крана. Настолько сильны стереотипы, будто эта профессия предполагает кого-то попроще и поскромнее. А когда узнаю, что моя собеседница поднимается в кабину башенного крана уже 38 лет, к восхищению добавляется уважение.
Знакомьтесь: Антонина Иосифовна Дроздова, работник столичного ОАО «Управление механизации №79». Конечно, в рабочей одежде она выглядит не столь ярко и блистательно, но все равно стать, как говорится, и в спецовке не спрячешь.

— …Родилась я в поселке Привольный, это Минский район. У нас там часто проводились сельскохозяйственные выставки, и мы, малышня, бегали на разные агрегаты смотреть. Возможно, оттуда и моя любовь к технике. Еще нравилось наблюдать за кранами на стройках. Смотришь и думаешь, ну как такой маленький человек управляет такой махиной!..
После окончания школы встал вопрос, куда пойти, и я случайно наткнулась на заметку в газете: объявлялся набор на машинистов башенного крана. Ну, думаю, а почему нет. Так решилась моя судьба: я с отличием окончила бобруйское училище, и, кстати, у нас девчонок была половина группы. Вот вам и неженская профессия! Потом меня распределили в Минск в это управление, где и работаю по сей день. Единственные «увольнения» — два декретных отпуска.
— В первый раз поднявшись в кабину, страха не было?
— Немного не по себе стало, когда за инструктором стояла и кран качнуло: подняли груз, и было натяжение. А села на место машиниста, взялась за рычаги, и ощущение было такое, как сто лет так работала. Моментально привыкла. Спрашивают: не укачало тебя, не страшно тебе? Смеюсь только  в ответ.
Раньше краны были, как правило, низкие, высота в среднем метров 40. Вот когда телецентр на Макаенка строили в 1986 году, это было тогда самое высокое здание в городе — 22 метра, а кран — около 70 метров. Адреналин, конечно!
— А сейчас на какой высоте трудитесь?
— Метров 50—55. В основном на строительстве панельных домов работаем. Выходим посменно, экипаж у нас три человека, я — единственная женщина. На обед в дневную смену отводится  30—40 минут, и в ночную – 20.
— Деликатный вопрос. А если в туалет отлучиться надо, что делать?
— Мы эти вопросы решаем своими силами — биогоршки и так далее. А что делать, если специфика работы такая.

— Сколько времени уходит, чтобы подняться в кабину?
— Если погода «летная», то минуты 3-4. Если дождь или сильный ветер, то, естественно, процесс идет медленнее. Лестница, кстати, для страховки оборудована так называемыми кружевами. Ну и есть определенные правила подъема: всегда должны быть три точки опоры. Две руки, одна нога или две ноги и одна рука. При этом ноги должны жестко фиксироваться.
— Обувь, наверное, у вас специальная?
— Конечно. С рифленой подошвой. Давайте я, раз уж про «обмундирование» заговорили, свою одежду рабочую покажу. Вот зимний вариант: брюки, куртка, сапоги, рукавицы. Еще есть шапка, сверху каска. Кстати, видите, летний вариант у нас по цвету как у фельдшеров скорой помощи — темно-бордовый.
— И всегда надо быть в костюме? А если жара 30 градусов?
— Подниматься — да, и застегнутой на все пуговицы. В кабине уже можно что-то снять. А жара  на высоте не так ощущается, как внизу.
— Вам можно на работе пользоваться мобильным, включать радио?
— Ни то, ни другое нам нельзя делать. Как же я болтать буду или песни слушать, когда мне по нашей радиосвязи команды принимать надо? Вот в обеденное время — пожалуйста.
— А оторванности от внешнего мира не ощущается? Вы восемь часов, считай, одна-одинешенька.
— Ну что вы такое говорите. Меня все наши видят, и я всех вижу. Обязана видеть, кто куда пошел, кто где стоит. Да и потом, мне сидеть и грустить некогда. Слышишь команду, берешь элемент и — как будто я эти 6 тонн сама поднимаю, вручную, такое напряжение! Подняла, поставила в нужную точку, руки сняла с рычагов, положила на коленки, отдохнула. Потом снова… Смена как одно мгновение пролетает.

— Вам по ночам не снится, как вы в кабине сидите?
— Снится! И такие сны даже бывали, будто стрела у меня падает или ветром сильно шатает. Но это потому, что я работой своей живу. Я  как в 18 лет на кран поднялась, так и не спускаюсь, образно говоря. Другой работы не знаю и не представляю.
— Как вы относитесь к крану, на котором работаете? Вы верите, что у техники есть душа?
— Верю. На прошлом кране я проработала 15 лет. Он был мне уже как родной. Я с ним здоровалась каждый раз, как на работу приходила. Он даже барахлить начинал, когда в отпуске была — коллеги рассказывали. Вот и не верь после этого, что у техники нет души. «Скучал» ведь! Потом моего «товарища» увезли в Борисов. Я, вздохнув, «подружилась» с другим. Привыкла уже и к этому. Он повыше прежнего. Шучу, что пошла на повышение.
— А после работы кто вас ждет дома? Расскажите о своей семье.
— Я замужем, муж – инженер-строитель. С супругом, кстати, познакомились на стройке. Как он впоследствии признавался, был очарован хрупкой девчонкой, которая грациозно, как кошечка взбиралась на высоту… Двое детей. Сыну 34 года, дочке 23. Уже дважды бабушка. Живем дружно. Профессиональные навыки иногда применяю и дома.
— О! Это как?!
— Иногда супруг с дочкой во мнениях не сходятся, и я их уравновешиваю. В одну сторону «элемент» спокойствия положу, в другую тоже. Помогает. В общем, мама-балансир.
— Что вы делаете после работы? Как отдыхаете?
— Как обычная семейная женщина. Готовлю, убираю, стираю. Еще вяжу, пироги пеку. Когда выдается свободная минутка, обожаю плавать в бассейне. И много хожу. Не по магазинам, а просто гуляю. Вот до работы пешком добираюсь. Еще читать люблю.

— Если не машинистом башенного крана, то кем бы вы могли еще стать?
— Врасплох вы меня застали со своим вопросом. А вот знаете, капитаном дальнего плавания могла бы. Хотя нет! Летчицей. Да! Я могла бы стать летчицей. Потому что там высота. И адреналин. А вообще, в детстве мне пророчили карьеру педагога: я умела находить общий язык со всеми. Потом, поскольку болела часто, родные думали, что стану доктором. А получилась иначе. 
Я как-то спросила у мужа, не стыдно ли ему за то, что его жена – машинист башенного крана. У других вон жены экономисты, бухгалтеры. Он даже руками замахал: «Да ты что! Я горжусь тобой, ты у меня самая лучшая».

P.S. —  Оля, мне очень жаль, что я не имею права разрешить вам подняться в кабину. И вы даже на секунду не сможете увидеть с высоты птичьего полета, какие в нашем городе рассветы. И закаты…



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике
От автора

День учителя – тот самый праздник, когда тысячи учеников искренно благодарят своих наставников, тех, о которых говорят: «Это педагог от Бога».

Валерий Полянский – один из самых ярких деятелей культуры России, а также настоящий любимчик фортуны. Почему?

Самое страшное в работе спасателя – это терять товарищей и детей, которым не успел помочь.

...Мне кажется, что я еще многое мог бы сделать. Лет-то мне уже прилично, но есть ощущение, что у меня еще очень много творческих сил в качестве хореографа. Реализовать бы их еще...