Погода, Беларусь
Главная Написать письмо Карта сайта
150 золотых маршрутов моей Беларуси
>>>
Давайте обсудим
>>>
Тема номера
>>>



Портрет современника

№5 от 04 февраля 2016 года

Маэстро из Одельска
Маэстро из Одельска

Философ в душе и мастер в жизни

По дороге в деревеньку Одельск в приграничном Гродненском районе все чаще можно встретить туристические автобусы и автомобили с иностранными номерами. Обычный, казалось бы, агрогородок богат своими талантливыми жителями, слава о которых расходится далеко за пределы их маленькой родины.  Но Марьян Скрамблевич принимает гостей, пожалуй, чаще других. Он человек-оркестр, местная суперзвезда, как называют его люди. Народный мастер по изготовлению музыкальных инструментов, творчество которого включено в список элементов нематериального историко-культурного наследия Беларуси, может заставить звучать, кажется, любой предмет.

Туристы из самых разных мест с удовольствием посещают музейную комнату с необычной коллекцией инструментов ручной работы, созданную им в местном центре культуры. Каждый ответ на вопрос маэстро сопровождает демонстрацией способностей своих поистине уникальных экспонатов – нет нигде больше в мире ни рыб-флейт, ни музыкальных рогов, которые мастер заставил «петь». Может статься, когда-то дудочки Скрамблевича будут цениться как скрипка Страдивари. А пока у нас есть возможность заглянуть в мастерскую самобытного мастера, музыканта.
— Как «человек-оркестр» осваивал игру на разных музыкальных инструментах?
 — Это умение досталось мне по наследству. Дед играл на скрипке так, что заслушивались все в округе. Отец был удалым гармонистом, а дядя — органист в костеле. Да и вся наша деревня издавна славилась музыкальностью — одельских приглашали играть на свадьбах далеко от дома. Наш костельный органист поехал как-то в Вильно на конкурс, куда съехались известные музыканты. Но все замерли, когда заиграл простой сельский человек в бедной одежде. Сам я в детстве мечтал стать баянистом, а доступны были разве что дудочки из коры дерева, затем отремонтированная мною разорванная соседская гармонь. На них подбирал на слух мелодии. Сегодня я могу играть на всех своих инструментах, журналисты особенно любят снимать, как я делаю это одновременно на нескольких — например, на барабане, гармони и подголоске.

— Когда детское увлечение переросло в профессию, интерес именно к народным инструментам не угас?
— После армии, как и хотел, окончил курсы баянистов, затем профсоюзную школу работников культуры в Ленинграде и заочно — отделение теории музыки университета имени Крупской в Москве. Однако всю жизнь с трепетом вспоминал звучание той первой «живой» дудки из коры дерева. Три с половиной десятка лет отработал заведующим самодеятельным клубом автопарка, еще во время учебы организовал там клуб самодеятельных музыкантов, он стал популярным. Но научиться изготавливать народные инструменты решил ближе к пенсии: очень ее боялся. Читал литературу, советовался с профессиональными музыкантами, экспериментировал. Немного жалею, что занялся этим так поздно. И вот работаю
как мастер 20 лет.

— Из каких материалов вы делаете свои инструменты?
— Из разных — клена, акации, ясеня, сосны, дуба, черемухи, рябины, бамбука… Я много времени посвятил изучению свойств и возможностей разных пород деревьев. Оказалось, что на звук влияет не только порода, но и возраст дерева, место, где оно росло, каким боком было повернуто к югу или северу, в какой период года срезана ветка. Например, «весеннее» дерево наполнено соками и будет звучать плаксиво. А звучание срезанного осенью — звонкое и высокое.
Чтобы подобрать подходящую древесину, исходил все леса в округе, выезжал в другие регионы. Сама природа подсказывает идеи. Иногда материал для задуманного инструмента, чтобы он отменно звучал, приходится искать годами. Есть определенные дни в году, когда деревья «поют» особым голосом. Подходящий чарот (только по-белорусски мастер зовет камыш. – Авт.) ищу на болотах, езжу за ним на Свислочь. Знакомые приносят мне интересные находки.
А потом дерево сушится на соломе – месяцами.

— Выходит, вы используете только натуральные материалы?
 — Да, зато все инструменты «живые». Мои дудки способны передавать шум ветра и листвы, пение птиц. Вот соловей, а вот цокает коник (мастер играет — Авт.). У природы тысячи мелодий, которые мне еще хотелось бы повторить. До сих пор помню, как «пели» в разную погоду ветряные мельницы возле нашего дома в детстве…
Ко мне приезжали ученые, которые изучали, как на энергетику человека влияют деревья. И вот они пришли к мнению, что звучание моих деревянных инструментов приносит радость и воздействует благотворно.
— А есть ли последователи вашего уникального мастерства?
 — Есть желающие, хотя передать эти знания непросто, здесь много значит интуиция. Звук инструмента слишком зависит от многих факторов. Древесину только колю, чтобы не трескалась слоями. Никогда ничего не вырезаю из сердцевины дерева — этим меняется его живой голос! Звучание, тембр зависят от толщины стенок, величины отверстий и много другого. На работу уходит много времени, и не у всех на нее хватит терпения.

 

Где находятся ваши инструменты — в музеях либо на сцене?
— Много где. В музеях Беларуси, частных коллекциях в разных странах – в России, Австрии, Франции, Германии… Люди приезжают прямо ко мне домой и просят что-то купить, изготовить для них… И конечно же, они есть в самодеятельных и профессиональных ансамблях (в Белорусской академии музыки, Белорусском государственном университете культуры и искусств, ансамбле танца, музыки и песни «Белые росы»). Вместе с сотрудниками областного методцентра издал методическое пособие по ним. 
Но много что можно увидеть в музейной комнате в Одельске. Здесь уже более двухсот экспонатов, на создание которых меня вдохновила природа, — дудки, дудочки, клещотки, волынка (дуда), трембиты. Здесь же коллекция необычных окарин из дерева — единственная в Европе. Дело в том, что флейты-окарины (в переводе с итальянского звучит как «гусенок») традиционно делали из глины, фарфора. Я рискнул выполнить из дерева, и получилось. Инструмент признан специалистами. Вот эта окарина играет басом, остальные — альт, сопрано, тенор… А вот «поющий» охотничий рог. Его я изготовил в честь
200-летия со дня рождения Адама Мицкевича.


— Востребованы ли изделия народного творчества с белорусским колоритом у соотечественников и туристов?
— Думаю, что аутентичная музыка сегодня в моде. Ко мне нередко подходит на выставках, а потом и приезжает молодежь, которая разбирается в музыке. Она проявляет к моим инструментам большой интерес. У меня есть инструменты, связанные и с традициями литовской, польской, украинской музыкальных культур. А возможно, просто они действительно способны затронуть струны человеческой души, заставить вспомнить
об истоках…

Елена СТАСЮКЕВИЧ



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике

…Пить кипяток? Спать в ванне, полной воды? Любить математику, архитектуру, волейбол, химию, плавание, литературу?

Шедевры ткацко-швейного искусства, создаваемые оршанскими ткачихами и швейниками, делают нас, белорусов, аутентичными, отличными от других народов!

Юлия Латушкина — известный отечественный дизайнер в мире моды. Проходила стажировку в школе моды Letto Verain в Берлине, работала в доме моды Catta Donkeshott в Амстердаме, участвовала в fashion-турах по странам Европы, завоевывала титулы на таких престижных конкурсах, как «Кутюрье года» (Москва), «Адмиралтейская игла» (Санкт-Петербург), «Автограф» (Киев), «Печорские каштаны» (Киев), «Белая амфора» (Витебск). В 2009 году разработала коллекцию вечерних платьев для галереи Lafayette (Германия), а в 2010 представила собственную марку – LATUSHKINA.

«Это я автор скульптур возле цирка», — гласит надпись на баннере на главном проспекте Минска.