Тема номера

№39 от 24 сентября 2015 года

Вход в подземную профессию
Вход в подземную профессию

Стволовые поменяли пол
С какими только проблемами не обращаются жители Беларуси к руководителям государственных органов во время приемов по личным вопросам, прямых телефонных линий, встреч с трудовыми коллективами. Необычная просьба прозвучала полтора года назад во время встречи министра труда и соцзащиты Марианны Щеткиной с шахтерами в первом рудоуправлении ОАО «Беларуськалий». Работницы предприятия попросили открыть для них... «вход» в отдельные подземные профессии. Причем мужчины были с ними абсолютно солидарны: некоторые профессии должны «сменить пол», поскольку имеющиеся ограничения изжили себя, а существующий запрет, как это ни парадоксально, ущемляет права сильного пола, представители которого вынуждены выполнять «женскую» работу в шахте, не связанную с физической нагрузкой, вместо того, чтобы вкалывать в забое.

И вот принято решение — ряд ограничений снят, таким образом некоторые профессии действительно сменили свой пол.
Чтобы оценить уровень проблемы и удостовериться в правильности пути ее решения, корреспондентам БЕЛТА пришлось спуститься под землю на 600 м ниже уровня моря. Впечатляющая глубина проработки вопроса, не правда ли?

Полтора года назад министр труда и соцзащиты Марианна Щеткина провела в первом рудоуправлении встречу с шахтерами. Именно тогда и прозвучала просьба работниц «Беларуськалия» о том, чтобы открыли «вход» для них в некоторые подземные профессии. Причем мужчины были с ними абсолютно солидарны: некоторые профессии должны «сменить пол», поскольку имеющиеся ограничения изжили себя, а существующий запрет, как это ни парадоксально, ущемляет права сильного пола, представители которого вынуждены выполнять «женскую» работу в шахте, не связанную с физической нагрузкой, вместо того чтобы  вкалывать в забое и, соответственно, зарабатывать значительно больше.

Как пояснила министр, на тот момент действовал утвержденный постановлением Совета Министров от 26 мая 2000 года №765 список тяжелых работ и работ с вредными и (или) опасными условиями труда, а также работ, профессий и должностей, на которых запрещается применение труда женщин. Ситуация была изучена и при корректировке законодательства в 2014 году внесены соответствующие изменения в список. В июле прошлого года постановлением Министерства труда и социальной защиты № 35 изменены подходы к его формированию — условия труда работника определяются не наименованием его профессии или должности, а зависят от технологического процесса, применяемого оборудования и организации труда на конкретном рабочем месте. Фактически тогда были сняты ограничения на применение труда представительниц прекрасного пола на ряде работ в горнодобывающей промышленности. Например, сопряженных с обучением и стажировкой в подземных частях организации работ, связанных с получением, хранением и выдачей взрывчатых и горюче-смазочных материалов, обслуживанием стационарных механизмов, имеющих автоматическое управление. Вот таким образом некоторые профессии сменили свой пол: прекрасная половина получила доступ к работе, которую  готовы были с удовольствием уступить мужчины.

С момента принятия решения о допуске дам к выполнению некоторых подземных работ миновало более года. Интересно, «прописалось» ли это решение в шахте (ведь нередко бывает, что позитивные меры закрепляются, увы, только на бумаге). Директор первого рудоуправления ОАО «Беларуськалий» Александр Горбачев провел своеобразный экскурс в прошлое. «Это давняя производственная история, она уходит корнями в советские времена, когда была принята программа постепенного вывода из шахты женщин. На некоторые должности их было запрещено принимать, в том числе, например, на должность подземных стволовых. Получалось, что они могли продолжать трудиться на этих рабочих местах, но если по тем или иным причинам уходили, то на освободившееся рабочее место нужно было ставить мужчин, —  сказал собеседник. — Мы считали и считаем, что эта профессия — чисто женская. Все рудоуправления «Беларуськалия» настаивали на том, чтобы женщинам разрешили вновь вернуться в подземные стволовые. Кстати, когда министр спускалась в шахту, функцию стволового выполнял парень ростом под два метра. Я тогда сказал Марианне Акиндиновне: мол, такому крепкому парню хорошо бы и работать по-мужски, а ему приходится открывать-закрывать клеть, следить за сигнализацией, подметать площадку, — отметил Александр Горбачев. И продолжил:
— На прием по личным вопросам ко мне постоянно обращаются представительницы прекрасного пола, которые хотят получить высокооплачиваемую работу. Это понятно: нужно поднимать детей, решать жилищные и другие серьезные проблемы. Ведь все стремятся работать там, где больше платят, — под землей. После долгих лет запрета такая возможность теперь у них есть.
Профессии стволового подземного, оператора заправочной станции, работника склада взрывчатых и горюче-смазочных материалов — однозначно женские, убежден Александр Горбачев. «У нас работают 646 женщин, в том числе на руднике — 168, в подземной его части — 31, — привел гендерную статистику директор первого рудоуправления. —  В частности, подземными стволовыми работают 20 дам, девять были переведены на эти должности благодаря постановлению Минтруда и соцзащиты. Одна работает раздатчиком материалов. В ближайший год планируем перевести всех мужчин с должностей подземных стволовых и операторов заправочной станции, поставив на эту работу представительниц противоположного пола после соответствующего обучения и стажировки».

Александр Горбачев предложил нам спуститься в шахту, чтобы своими глазами увидеть, в каких условиях трудятся женщины. Переоделись в спецодежду и переобулись в сапоги, прослушали краткий инструктаж, нацепили на каску индивидуальный светильник, пристроили на ремни самоспасатель так, чтобы он не мешал при ходьбе (весит штуковина около 3 кг). Надо признать, что, получив это устройство, проникаешься мыслью о возможной опасности пребывания в шахте (в случае ЧП самоспасатель позволит человеку дышать 60 минут, если он находится в движении, и пять часов —  в условиях неподвижности). Но мрачные мысли —  в сторону. На позитивный лад настраивает и улыбка Ирины Ильющиц — удивительно красивой девушки, из рук которой мы получаем светильник и самоспасатель.

Знакомимся с Дмитрием Фетисовым, начальником участка подъема и нашим гидом по совместительству. О лучшем провожатом под землю и мечтать нельзя: Дмитрий Алексеевич работает здесь с 1992 года, прошел путь от помощника крепильщика до начальника участка, не понаслышке знаком со спецификой производства. Вместе с шахтерами заходим в клеть для спуска на нижний горизонт. Дмитрий Фетисов объясняет, что на участке подъема (согласитесь, само название пронизано оптимизмом — акцент сделан очень грамотно: на подъеме, а не на спуске) работают стволовые поверхностные (на земле) и подземные (под землей). Стволовыми поверхностными всегда работали женщины, а вот подземные стволовые — они и есть тот самый гендерный камень преткновения. По словам начальника участка, подземные стволовые второго разряда занимаются спуском и подъемом грузов и людей, третьего разряда — загрузкой скипов рудой для поднятия на поверхность. Размер зарплаты у первых —  в среднем составляет Br8,6 млн, у вторых — чуть менее Br10 млн. Разумеется, заработок на других подземных работах гораздо выше. «Сколько помню, столько мужчины стремились перейти с должности стволового на более сложные работы, но для тех, у кого нет соответствующего образования, нужен подземный стаж не менее трех лет, вот и приходилось его нарабатывать», — поясняет Дмитрий Фетисов.

Клеть останавливается, железные двери распахиваются — и нас встречает Елена Микулич, должность которой стала поводом для нашей командировки. Раньше она работала в хозслужбе машинистом по стирке и ремонту спецодежды, на этом месте — с декабря прошлого года. «С детства мечтала работать в шахте —  это неудивительно для тех, кто живет в городе шахтеров. И мой отец, кстати, трудился на «Беларуськалии». Когда  предложили перейти в подземные стволовые, согласилась с радостью. Да и зарплата в полтора-два раза выше — тоже серьезный аргумент», —  сказала Елена. «Сюда отбирают по внешним данным? —  интересуюсь я. —  Одни красавицы вокруг». «Отбор идет, конечно, по другим критериям, не по красоте, — улыбается девушка. —  Я хорошо себя зарекомендовала на предыдущей работе, за пять лет не было ни одного нарекания». «Тяжело?», — спрашиваю. «Не физически, а скорее морально —  ответственность большая, ведь от нашей работы зависит безопасность перевозки людей и грузов, —  отвечает она. —  Экстремальных ситуаций, слава Богу, не было. Что касается эмоциональной нагрузки, то она, конечно, есть. Восемь часов под землей —  это не шутки. Но привыкаешь со временем». Отвечая на вопрос о профессиональных рисках, девушка перечисляет: повышенная запыленность, загазованность, сквозняки. Работа по графику, в том числе в ночную смену. Зато продолжительность отпуска — 53 дня.
Елена знакомит нас со своим рабочим местом. В небольшом помещении установлена микропроцессорная аппаратура стволовой сигнализации. Стволовой подземный следит за состоянием тормозных и головных канатов (на них крепится клеть). Если отмечается посторонний шум в стволе, вибрация, проблемы с натяжением каната, то следует тут же остановить подъем, сообщить машинисту — специалисты разберутся с тем, что происходит.

Елена Микулич — новичок на своем месте. А каково мнение о работе опытных людей в этой профессии? Решили спуститься вместе с шахтерами по второму стволу на горизонт минус 264 м. И вот еще одна встреча — с Ольгой Пашковой. Стаж работы у нее огромный — 27 лет, и она ни разу не пожалела о своем профессиональном выборе. «Моя свекровь работала в должности подземного стволового на втором руднике, много рассказывала о своей работе, я заинтересовалась. Пошла на курсы, стала работать на нулевой отметке, а когда освоилась, научилась всему, что нужно, перешла на подземную работу. Довольна по сей день», — говорит Ольга Яковлевна. Безапелляционно заявляет, что профессия подземного стволового — чисто женская: «Открывать-закрывать двери, нажимать кнопки, метелкой махать на площадке, пыль протирать на приборах — это разве для мужчин? Да они даже стесняются этой работы». Словно в подтверждение этих слов ее напарник Алексей от интервью отказывается: мол, работаю пока здесь, жду, когда переведут, но нужно пройти переобучение. «Однообразие не угнетает?» — интересуюсь я. «А мы по месяцу работаем на разных стволах, то с людьми, то с грузами. Скучать не приходится», — отвечает Ольга Пашкова. Для полноты картины пообщались и с поверхностным стволовым — Еленой Братковской. Она признается, что хотела бы работать стволовым подземным, даже обращалась к руководству с такой просьбой. И еще один нюанс. Хотя должность в классификаторе имеет мужской род, сами горняки называют ее в женском роде — стволовая. Это подсознательное признание женской сущности подземной профессии.


Елена ПРУС



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике

Кстати, производство рыбы не может быть дешевле производства мяса. Затраты на содержание 1 гектара пруда всегда будут больше содержания одного скотоместа. Выращивание ценных пород рыбы в условиях аквакультуры обходится еще дороже.

Новоселье в Белыничах, без преувеличения, стало праздником для всего района. Ведь 40 семей, в том числе 28 многодетных, в минувшую субботу получили ключи от своих новеньких квартир.

За последние 20 лет отопление в жилых домах Минска включили в самый ранний срок – 1 октября –в 2018 году.

Могилев – удивительный город, овеянный ореолом легенд, историй и традиций.