Погода, Беларусь
Главная Написать письмо Карта сайта
Давайте обсудим
>>>
Награды
>>>
150 золотых маршрутов моей Беларуси
>>>



Культура

№32 от 06 августа 2015 года

По партитуре на Олимп
По партитуре на Олимп
 Со стороны кажется, что широкую известность народный артист России Левон Оганезов получил быстро и сразу — и все
благодаря телевидению. На самом деле путь на эстрадный олимп для него оказался долог. Левон окончил Московскую консерваторию как классический пианист и на последнем курсе уже работал в Москонцерте. Потом были гастроли с  артистами театра «Ромэн». В Театре эстрады Оганезов аккомпанировал Клавдии Шульженко, Ларисе Голубкиной, Олегу Анофриеву, Иосифу Кобзону, Валентине Толкуновой, Владимиру Винокуру, Максиму Галкину. Долгое время работал с Андреем Мироновым...

— Левон Саркисович, ваш отец — сапожник, мать — домохозяйка. Откуда ваше увлечение музыкой?
— Я с вами не согласен. У папы была большая мастерская в Москве — на уровне фабрики. Мама окончила грузинскую гимназию, разговаривала, помимо русского языка, на французском, армянском, грузинском. Она очень много читала и во многом разбиралась. До войны работала бухгалтером на крупном заводе.
Позже, а у моих родителей было пятеро детей, мама жизнь посвятила нам. Мы жили хорошо, в собственном доме, где родители создали теплую гостеприимную атмосферу. У нас постоянно были гости, всегда для них был накрыт стол, много угощений. Благодаря маме все получили прекрасное образование. Старший брат окончил престижный Плехановский институт, занимал хорошие должности. Старшая сестра была переводчицей, переводила сложные технические тексты. Вторая сестра, которая была старше меня на два года, была известным архитектором, проектировала метро в Москве. И у всех в семье был музыкальный слух. Но время было такое, что учили музыке только меня. Мы жили далеко от центра, в Перово, поэтому до музыкальной школы я 40 минут ехал на трамвае, а потом еще около получаса на метро до станции «Арбат». Занятия начинались в 8 утра, поэтому вставать приходилось очень рано, а возвращаться поздно...
 Я с теплотой вспоминаю детство. Кстати, когда уже стал работать, отец мне не раз говорил: «Мы с тобой выбрали хорошие профессии: что бы ни случилось, люди всегда будут носить обувь, а в свободное время слушать музыку».

— Вы рано стали работать с известными коллективами и артистами. А как все начиналось?
— Я побеждал на престижных фортепианных конкурсах и мог бы стать неплохим исполнителем классической музыки. Но в 18 лет судьба мне уготовила поворот. Произошло это по воле случая, когда меня, еще студента консерватории, попросили заменить заболевшего аккомпаниатора на престижном концерте в Колонном зале Дома союзов. Мое выступление понравилось, и последовали многочисленные предложения аккомпанировать.
У меня была хорошая подготовка, мог импровизировать, играть на слух без нот, и это нравилось исполнителям, с которыми работал. Современные звезды, которые требуют выполнения длинного райдера, не поймут, что в конце 50-х и в 60-е годы часто ездили на концерты в Подмосковье на электричке. А на станции нас ждал автобус, чтобы отвезти на площадку.
Случались курьезы. Однажды мы поехали на концерт в один из городов Московской области, как всегда, на электричке. Администратором в коллективе была бывшая партизанка из Беларуси Лиза Мафтр. Она была невысокого роста, но с фигурой штангиста. Лиза всегда привлекала внимание тем, что ездила с небольшой сумочкой, которую очень плотно прижимала к груди — в сумке были деньги и документы.
И вот едем мы в электричке, выходной день, поэтому она переполнена, и много людей стоит. И вдруг администратор, подъезжая к станции, посмотрела в окно и командным голосом прокричала: «Все встали и вышли на перрон!». Мы уже привыкли к Лизиным командам, поэтому дружно встали и выскочили на перрон, а за нами — все пассажиры вагона. В электричке двери закрылись, и она тронулась, а люди, как заколдованные, остались на станции. А следующая электричка — через три часа! Когда мы дружно двинули к автобусу, пассажиры, вышедшие вместе с нами, стали кричать: «Вы куда, а мы?».  Нас тогда чуть не побили...
— Выступление с какими артистами вам наиболее запомнилось?
— Мне повезло работать с самыми яркими, популярными артистами эстрады и кино, среди которых запомнились Олег Анофриев, Людмила Гурченко, Марк Бернес. С Бернесом было сложно работать, потому что у него свое, актерское решение исполнения песни. Прекрасно работалось в оркестрах Силантьева и Утесова. В 1965 году я аккомпанировал Клавдии Шульженко. Публика ее обожала, но она была вздорная женщина, не терпящая никаких возражений. Чтобы придать значимость выступлению, она всегда объявляла меня пианистом-композитором.

Я аккомпанировал Чурсиной и Гафту, когда они читали стихи. Понравилась работа в Большом театре, несмотря на то что балетная музыка — техническая, нужно успевать в ногу с солистами балета.
Долгое время работал и дружил с Андреем Мироновым. Часто бывал у него дома, где мы часами репетировали. Когда он играл в Театре сатиры, я импровизировал, придумывал ему музыку по ходу спектакля, которая соответствовала его состоянию души. У Миронова был хороший слух. Например, он мог джазовую мелодию чисто спеть со словами на английском языке.
Мне нравилось работать с Кобзоном, несмотря на то что в его репертуаре более 800 песен и нужно их все знать. Не предугадаешь, какую  Иосиф захочет спеть. Кстати, многие не знают, что Кобзон, помимо того, что большой профессионал и трудоголик, очень веселый, остроумный и азартный человек. Например, однажды я был свидетелем того, как он поспорил, что во время исполнения припева песни в уме перемножит два трехзначных числа. Одновременно с ним эти же числа умножал конферансье на листке бумаги.  И всех удивило, что Кобзон это сделал первым, причем великолепно спев припев песни. Кстати, не только Винокур и Лещенко славятся своими розыгрышами, но и Кобзон!


— Расскажите!
— Однажды у Иосифа Кобзона и Юрия Никулина были друг за дружкой два концерта на разных площадках в Москве. Во время выступления Никулина в Театре эстрады Кобзон, переодеваясь, услышал от Юрия два новых анекдота. Перед выступлением в концертном зале «Россия» Кобзон со сцены сказал: «После меня сюда приедет Юрий Владимирович Никулин. Он расскажет вам анекдоты, которые вы раньше услышите от меня»...
После того, как Кобзон их рассказал, попросил зал: «Давайте разыграем Никулина. Когда он вам их расскажет, наберитесь терпения и не смейтесь». И вот приезжает Юрий Владимирович, рассказывает первый анекдот -— зал молчит, рассказывает второй анекдот — зал молчит. А анекдоты очень смешные! Никулин за собой услышал шорох, а из-за кулис выглядывает Иосиф с каменным лицом. И Юрий Владимирович обращается в зал: «Кобзон передо мной выступал?». Публика не выдержала и зашлась от смеха!
— Интересно, слушаете ли вы музыку на отдыхе, в автомобиле? И какую?
— Музыка меня сопровождает повсюду. Я люблю все музыкальные жанры и слушаю ту или иную музыку в зависимости от настроения. На мой взгляд, любимой музыки не может быть потому, что она настолько разнообразна, у нее столько оттенков! Нужно просто получать удовольствие от хорошей музыки, хороших исполнителей.



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике
От автора

О ней в местных газетах вышло несколько публикаций с одним и тем же названием «Девушка, которая отказывается сниматься в кино».

В фильме «Как закалялась сталь» Владимир Конкин должен был сыграть роль Лещинского. Случай круто изменил его жизнь.

Экспромты и импровизации Сергея Маковецкого иногда приводили к казусным ситуациям.

Актер без зрителя существовать не может, поэтому, снявшись в кино или сыграв в театре, он ищет отклик у публики