Рубежи

№30 от 24 июля 2014 года

Мемориал героизма и мужества
Мемориал героизма и мужества

Недалеко от Бобруйска, у деревни Сычково, где от Минского шоссе отделяется дорога на Березино, возвышается величественный мемориал. Возведен он в честь военнослужащих 1-го Белорусского фронта и партизан Бобруйского района, которые 70 лет назад в ходе наступательной операции «Багратион» поставили жирную точку в разгроме 40-тысячной группировки войск немецких армий «Центр», попавшей под Бобруйском в «котел».

Как заваривали «котел»

Бобруйское направление в планах стратегов операции «Багратион» было на особом счету, так как овладение городом на Березине открывало войскам 1-го Белорусского фронта, находящимся на юго-восточном театре боевых действий, прямой путь на Минск. Естественно, не мог не учитывать это обстоятельство и противник, поэтому создал около Бобруйска две линии мощных оборонительных рубежей и стянул сюда огромное количество живой силы и техники.
В противовес тщательным приготовлениям врага командующий 1-м  Белорусским фронтом генерал армии К. Рокоссовский разработал свой уникальный план наступления на оборонительные порядки фашистов. Советские войска двумя мощными ударными группировками из районов севернее Рогачева и южнее Паричей, по его замыслу, должны были на узких участках фронта прорвать оборону противника, нанести ему сокрушительные удары и, сходясь в районе Бобруйска, овладеть городом, после чего своими главными силами развить наступление на Минск.

На Бобруйском направлении войска 1-го Белорусского фронта пошли в атаку 24 июня 1944 г.: после мощной артподготовки, в которой участвовало несколько тысяч артиллерийских и минометных орудий, пехота и танки перешли в наступление.  Оно, как и планировалось, велось двумя группировками. Со стороны Паричей в направлении Бобруйска продвигались подразделения 65-й армии генерал-полковника П. Батова, 28-й армии генерал-лейтенанта А. Лучинского и 1-й гвардейский танковый корпус генерал-лейтенанта М. Панова. В тех местах оборона немцев из-за лесисто-болотистой местности была «очаговой», и противник не ожидал там удара советских войск. А вот второй, рогачевской, группировке, в составе которой были войска 3-й армии генерал-лейтенанта А. Горбатова, 48-й армии генерал-лейтенанта П. Романенко и 9-го танкового корпуса генерала Б. Бахарова, пришлось преодолевать более укрепленные  немецкие позиции. Тем не менее обе группировки успешно выполнили поставленные перед ними задачи.
К утру 27 июня 9-й танковый корпус вышел в район Бобруйска и, ведя ожесточенные бои севернее города, занял восточный берег Березины возле деревни Титовка,  перехватил шоссе и переправу через реку у деревни Щатково. К этому времени с южного участка фронта танкисты 1-го гвардейского танкового корпуса также прорвались к Бобруйску и заняли позиции северо-западнее его. Таким образом, в «котле» диаметром примерно около 25 километров оказалось шесть дивизий противника общей численностью до 40 тысяч человек и большое количество вооружения и боевой техники.
Гитлеровцы, понимая, что фронт окружения на севере и северо-западе удерживают только части танковых корпусов, пытались прорваться. Однако воздушная разведка своевременно обнаружила на этом участке огромное количество танков, артиллерии и автомашин. Срочно по радио был отдан приказ о нанесении массированного удара с привлечением авиации 16-й Воздушной армии.
Двадцать седьмое июня в 19 часов 15 минут над районом сосредоточения войск противника появились первые группы советских штурмовиков и бомбардировщиков. Массированный налет продолжался полтора часа, в нем участвовало 526 самолетов. Как вспоминал позднее координатор операции «Багратион» маршал Г. Жуков, лично наблюдавший за происходившим под Бобруйском: «...горели многие десятки машин, танков, горюче-смазочные материалы. Все поле было озарено зловещим огнем. Ориентируясь по нему, подходили все новые и новые эшелоны наших бомбардировщиков... Весь этот жуткий хор дополнялся артиллерийским огнем 48-й армии. Немецкие солдаты, как обезумевшие, бросались во все стороны, и те, кто не желал сдаваться в плен, тут же гибли».
В итоге за два дня боев бобруйский «котел» был ликвидирован. А 29 июня советские войска добили противника и в Бобруйске, где действовали более 10 тысяч солдат и офицеров,  8 тысяч из которых сдались в плен.
У Сычково и Щатково
 Процесс ликвидации  бобруйского  «котла», как рассказывает директор Бобруйского районного историко-краеведческого музея Людмила Осипова, расположенного в деревне Сычково, был хоть и скоротечен по времени, но изобиловал рядом эпохальных эпизодов. Один из них — бои у деревень Щатково и Сычково.
В то время как Красная армия практически заканчивала операцию по освобождению Бобруйска, вела ожесточенные бои в черте города, командование фашистских войск, предвидя свое полное окружение и разгром, предприняло попытку вырваться из окружения. Собрав последние усилия, ночью 29 июня противник под прикрытием артиллерии пошел на прорыв. Им были атакованы позиции советских войск, расположенные северо-западнее Бобруйска, вдоль железной дороги и Минского шоссе в направлении деревень Еловики, Сычково и вдоль реки Березины — на Назаровку, Щатково. Это было единственное направление, которое давало немецко-фашистским захватчикам надежду на спасение. Прорвав оборону, они имели возможность выступить в район  Осиповичей и, переправившись у деревни Щатково через Березину, соединиться со своими войсками  возле Марьиной Горки. Но это были только теоретические замыслы врага, на практике же все оказалось гораздо сложнее.
Советские войска ждали эту атаку и обрушили всю свою боевую мощь на стремящегося прорваться из окружения противника. Завязались ожесточенные бои, в которых существенные потери несли обе стороны. Однако стойкость советских солдат была чрезвычайной. Об этом свидетельствуют дневниковые записи непосредственного участника событий у деревни Щатково, комсорга одного из батальонов старшего лейтенанта Завадского. Он в том бою пал смертью храбрых, а уже потом в его записной книжке сослуживцы прочитали: «Вместе со мной дерутся старший лейтенант Колодка, лейтенант Гусаров, автоматчики Подольцев и Миронов, разведчик Евдокимов, младший сержант Малахов, ефрейторы Писоренко, Алмазов... Засели около моста. Гитлеровцы атакуют без конца. Отбиваем их атаки. Двое из нас погибли... Но не видать немцам переправы!..». А завершаются записи так: «Нас осталось четверо. Нас трое.  Двое.  Остался я один. Все равно не пропущу!».
 Развернутая  картина тех  боев  предстает из послевоенных воспоминаний еще одного их участника — младшего лейтенанта Генриха Фернаса, награжденного за бой у  д. Сычкоково орденом Красной Звезды: «Наш полк… был брошен в уже образовавшуюся брешь для поддержки тех войск, которым предстояло окружить Бобруйск и уничтожить в «котле» гитлеровцев. Часть была придана 40-му стрелковому корпусу генерала В. С. Кузнецова. Его соединение, совершая марш-бросок,  с ходу переправилось через Березину около села Щатково, захватило большой деревянный мост и сражалось за расширение плацдарма на западном берегу реки. Нашу батарею оставили для охраны моста, а все остальные направили на поддержку частей корпуса. Они непосредственно участвовали в боях с немецкими войсками, отчаянно пытавшимися пробиться из окружения… Какое-то число гитлеровцев вырвалось из кольца и двинулось вдоль западного берега Березины в сторону Сычково, рассчитывая уйти на север.
Мы получили срочный приказ оставить оборону моста и двинуться на соединение со стрелковыми частями около Сычково. В сумерках выбрались на шоссе Бобруйск—Минск и остановились в зарослях у дороги. Вдруг по кустам стали чиркать пули. Я выскочил на шоссе и увидел человека, скакавшего во весь галоп на лошади. Он прокричал, что очень много прорвавшихся немцев сплошной массой движутся по дороге. Приняли решение орудия не разворачивать, так как здесь не было никакого обзора для обстрела, и к тому же совершенно стемнело. Целесообразнее было быстро добраться по шоссе до первой развилки, развернуть там пушки и принять бой.
Метров через 500 я увидел деревню и ответвление от дороги влево… Я дал своему взводу команду свернуть влево, развернуть орудия и открыть огонь по подходившему противнику… Бой продолжался. Вдруг мне кричат в ухо, что снаряды кончились… Снарядов нет, пехотного прикрытия нет, надо спасать людей и технику. Даю команду отходить…
Пока шла схватка, наши войска, в основном подразделения соседней 65-й армии, сумели организовать оборону на противоположной окраине Сычково… И все прорвавшиеся немцы так в Сычково и остались. Вся деревня была заставлена машинами, они, сволочи, даже весь свой «военторг» увозили, хотя сами еле ноги уносили…».
Некоторые итоги боя у деревни Сычково можно почерпнуть и из донесения штаба корпуса, которые приводит в своей книге «Танки возвращаются в бой» генерал-майор инженерно-технической службы Ф. Галкин: «К 6.00 29.6 противник силою двух полков, преимущественно офицерского состава, при поддержке 4 самоходных орудий и минометной батареи, овладел перекрестком дорог у Сычково. Командир первой мотострелковой бригады решил перейти к обороне западнее Сычково и уничтожить прорвавшегося противника.
К исходу 29.6 положение частей бригады было очень тяжелое. Боеприпасы все израсходованы, тылы отрезаны… Немцы во весь рост, густыми цепями перешли в атаку. Подходили к КП (командному пункту) бригады на 200 метров. Атаки следовали одна за другой. Были брошены в бой комендантский взвод, связные, шоферы, ремонтники и другие. Уничтожено до 4 тысяч солдат и офицеров, взято в плен 2900 человек, преимущественно офицеры и унтер-офицеры».
Незавершенная история войны

Память о воинах-освободителях 1-го Белорусского фронта и партизанах, действующих в годы  Великой Отечественной войны на  Бобруйщине, ее жители увековечили в 1967 году. Тогда именно у деревни Сычково был насыпан Курган Славы, в основание которого были заложены капсулы с землей из 70 братских могил, расположенных на территории Бобруйского района. Позднее рядом с курганом на 18-метровом постаменте была установлена символичная композиция высотой четыре метра — два советских воина, а в невдалеке — шесть стел в честь Героев Советского Союза, погибших на бобруйской земле — Ивана Яковлевича Орла, Николая Алексеевича Колодко, Александра Ивановича Черныша, Михаила Григорьевича Селезнева, Ивана Федоровича Масловского, Николая Андреевича Изюмова.
В начале 2000-х годов рядом с Курганом Славы появились новые памятники — Ворота Славы и 13 памятных досок: 6 — в честь погибших за освобождение района Героев Советского Союза и 7 — в честь Героев Советского Союза уроженцев района. Интересно, что из семи Героев Советского Союза, кроме Аркадия Шмыгуна, все вернулись домой живыми, восстанавливали родные деревни.


Напротив мемориального комплекса в Сычково, через дорогу находится Бобруйский районный историко-краеведческий музей. Небольшой, но интересный. Несколько залов, в которых история Бобруйского района с древних времен и до наших дней, находки археологов, образцы самобытности белорусской деревни, и, конечно же, есть там экспозиция, посвященная Великой Отечественной войне, бобруйскому «котлу» и сражениям у деревень Сычково и Щатково.
Есть в деревне Сычково и еще два свидетельства Великой Отечественной. Это дзот-памятник, возведенный в память о Герое Советского Союза, командире стрелкового отделения старшем сержанте Михаиле Селезневе и братская могила советских воинов.
«Тридцатого июня 1944 года Михаил Селезнев именно в Сычково повторил подвиг Александра Матросова, — рассказывает директор Бобруйского историко-краеведческого музея Людмила Осипова. — Подобравшись к немецкому дзоту, единственную гранату он швырнул в амбразуру, а затем закрыл ее собой. Посмертно Михаил Селезнев получил звание Героя Советского Союза. Похоронили его рядом с дзотом, в братской могиле, на гранитных плитах которой сегодня высечено более 230 фамилий.
Правда, одно надгробие абсолютно пустое… Ежегодно, поясняет Л. Осипова, на Бобруйщине находят останки погибших воинов. И фамилии тех, кого удается установить, вписываются в гранитные анналы незавершенной истории войны.

Кто такой Михаил Селезнев?

Михаил Григорьевич Селезнев (1915–1944) — участник Великой Отечественной войны, старший сержант, Герой Советского Союза.
Родился 11 октября 1915 года в д. Малая Кивара Воткинского район Удмуртии (Россия). С детского возраста проживал, а затем и работал в Новосибирске. В апреле 1941 года был призван на военные сборы и направлен в Беларусь. С начала Великой Отечественной войны — в действующей армии. Воевал на Западном, Центральном и 1-м Белорусском фронтах. Участвовал в боях под Сталинградом, на Курской дуге. В боях был четыре раза ранен.
К июню 1944 года сержант Михаил Селезнев командовал отделением 1348-го стрелкового полка 399-й стрелковой дивизии 48-й армии 1-го Белорусского фронта. Отличился во время боев за освобождения г. Бобруйска. Тридцато июня 1944 года отделение Селезнева принимало активное участие в боях за освобождение деревни Сычково Бобруйского района. В критический момент боя он закрыл собой амбразуру немецкого дзота, ценой своей жизни обеспечив успех всего подразделения. Похоронен в братской могиле в Сычково.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 марта 1945 года за «образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм» сержант Михаил Селезнев посмертно был удостоен звания Героя Советского Союза. Также был награжден орденами Ленина и Красной Звезды, медалью.
Именем М. Селезнева названа улица, парк и школа в д. Сычково, улица в г. Новосибирске.

Что посмотреть в Бобруйске?
Бобруйск — один из самых древних городов Беларуси. По данным археологических раскопок, славянское городище было построено на Березине еще в V веке. В названии города запечатлено главное занятие жителей: охота на бобров.
Гордость современного Бобруйска — построенный в 2008 году новый ледовый дворец «Бобруйск-Арена».
Бобруйск — эталон знаменитой белорусской гостеприимности и дружелюбия. Одной из главных его достопримечательностей местные жители считают памятник Бобру, встречающему гостей с приподнятой шляпой. Говорят, он приносит удачу.
Будет интересно посетить городской краеведческий музей, где можно ознакомиться с историей города, его традициями, культурой. В городе расположены три красивейших храма: Кафедральный православный собор Николая Чудотворца, церковь Георгия Победоносца и костел Непорочного Зачатия.

Сергей ГОЛОВКО



Всего 2 комментария:

светлана
14-09-2015
очень интересно. напишите нам как можно скорее. хотелось бы с вами пообщаться о нашем общем герое.

светлана
14-09-2015
здравствуйте. свяжитесь с нами как можно быстрее. хотелось бы побольше узнать о нашем общем Герое. наша школа носит имя Героя Советского Союза Селезнёва М.Г


Еще
В рубрике

Недавний величественно и масштабно нами отмеченный 70-летний юбилей победы советского народа в Великой Отечественной войне послужил дополнительным поводом для проведения многочисленных акций, посвященных героям, павшим в горниле самой кровопролитной в истории человечества войны. В их числе был и пресс-тур белорусских и российских журналистов на тему «Битва за Москву — подвиг всей страны», организованный Постоянным Комитетом Союзного государства Беларуси и России.

Партизанские зоны в годы Великой Отечественной войны в Беларуси вовсе не были редким явлением. Самой крупной из них по количественному составу воевавших там народных мстителей и взятого ими под защиту гражданского населения была Кличевская партизанская зона...

Концентрационный лагерь «Озаричи», располагавшийся в марте 1944-го вблизи одноименного городского поселка Калинковичского района Гомельской области, просуществовал всего лишь десять дней. И тем не менее в истории Великой Отечественной войны он известен как страшное место, где люди содержались в жутких условиях и где погибли около двадцати тысяч детей, женщин и стариков.

На юго-востоке Минской области, недалеко от деревни Старосек, что на Любанщине, среди лесной чащи расположен уникальный природный уголок. Издавна местные жители называют его остров Зыслов. И именно этому, когда-то окруженному со всех сторон непроходимыми болотами кусочку суши, было суждено оставить примечательный след в истории партизанского движения в Беларуси периода Великой Отечественной войны.