Тема номера

№4 от 23 января 2014 года

Доверительно о главном
Доверительно о главном
 Общение Президента Беларуси Александра Лукашенко с руководителями крупнейших белорусских СМИ продолжалось более пяти часов.
К участию в нем были приглашены руководители Белтелерадиокомпании, Второго национального телеканала, СТВ, МГТРК «Мир», главные редакторы газет «Советская Белоруссия», «Аргументы и факты в Белоруссии», «Звязда», «Прессбол», главы информационных агентств БЕЛТА и БелаПАН, владелец популярного интернет–портала TUT.BY.
Президент максимально откровенно и обстоятельно ответил примерно на три десятка вопросов, не избегая и острых тем. Вопросы касались всех аспектов жизни белорусского общества — от молодежной политики, культуры и спорта до модернизации предприятий, ситуации в банковской сфере, внешней политике.
Особенностью мероприятия стало и то, что оно прошло в формате не пресс-конференции, а заинтересованного диалога между Президентом и руководителями СМИ.

Об итогах 2013 года и задачах на 2014-й
— Мной еще в конце прошлой пятилетки было принято решение перейти на международные стандарты статистики. В нашей статистике нет никаких манипуляций, каких—то приукрашиваний. Более того, Национальный статистический комитет, чтобы не было на него излишнего давления, выведен из состава правительства. Этого журналисты как–то не заметили, а это очень серьезный шаг был сделан под эти международные статистические нормы.
Все будет зависеть от состояния нашей экономики. Я хочу обратить ваше внимание на уже привычные вещи. Мировой кризис поразил и Европу, а она занимает первое место в товарообороте с Беларусью. Мы с Евросоюзом торгуем больше, чем даже с Россией. Россия на втором месте. Что произошло на этих рынках? Рынки обвалились, и российский рынок упал, и европейский рынок. Там только у Германии и еще нескольких государств небольшой плюсик, а все остальные минусуют по производству, ВВП и так далее. То есть кризис, это признано всеми, на основных наших торговых площадках. Конечно, это ударило и по Беларуси.
Много критики по долгам. Все познается в сравнении. Весь валовой долг — где-то 50 процентов ВВП. Весь валовой долг — это государство, наши предприятия и так далее. Мы должны где-то 50 процентов валового внутреннего продукта. К примеру, Соединенные Штаты Америки — 101 процент. Италия, Греция, Ирландия, Португалия имеют долг больше, чем производят за год валового внутреннего продукта. У нас весь этот долг с предприятиями, я уже сказал, половина примерно. Что касается государства, всего лишь 12 процентов валового внутреннего продукта.
Плохо это или хорошо? Конечно, лучше бы, чтобы его не было. Но так не бывает. Чудес в мире не бывает, особенно для такой экономики, как наша. У нас, вы знаете, нет тех объемов нефти, у нас нет природного газа, у которого цена до сих пор держится, мы все это вынуждены покупать, поэтому вряд ли мы обойдемся без этого. Но мы свои долговые обязательства выполняем.

О ситуации на валютном рынке
— Я людей не осуждаю, но мне страшно не нравится вот это обсуждение: рубли, доллары, побежать, обменять... Но в итоге же ведь никто ничего не выиграет. Потому что девальвация национальной валюты — это в итоге рост цен. Мы уже это проходили. Поэтому мы это делать не будем.
Будет у нас возможность — мы будем поддерживать стабильность национальной валюты. Нас за это никто не упрекнет. Все государства это делают, так же? Но не чрезмерно. То есть если бешеный спрос на доллар, люди побежали в обменники, нельзя, уцепившись в национальную валюту, держать ее стабильный курс. Надо потихоньку отпускать. Что у нас произошло? По доллару мы больше 10, по-моему, процентов девальвировали за год постепенно. По корзине валютной евро — доллар — российский рубль чуть больше 9 процентов. То есть мы при такой экономике, которая у нас складывалась, при отрицательном сальдо экспорта, импорта мы, уцепившись за национальную валюту двумя руками не держались. Мы ее девальвировали. Но девальвировали плавно.
Пришел новый год. Вы сейчас, наверное, информированы, что происходит на валютном рынке. Население понесло продавать валюту. Еще раз говорю: я не хочу обсуждать, осуждать позицию населения. Я слуга этого народа. Народ так решил. Но есть порядок, есть закон и есть законы экономические объективные, которые нарушать нельзя. Я их как экономист не нарушил и как глава государства придал некую стабильность хотя бы на этом этапе национальной валюте. Я буду и впредь так поступать. Не чрезмерно удерживая курс валюты. Но я показал, что вот эти все рассуждения наших финансистов, которые сидят и руки потирают, только чтоб хуже было, они никчемны. Жизнь гораздо многограннее, чем вся наша экономика, которая, конечно же, зиждется на объективных законах. Сегодня люди поняли, посмотрели — золотовалютного резерва достаточно. Мы еще в ближайшее время получим для подкрепления золотовалютных резервов деньги. Поэтому вы не переживайте за национальную валюту.

О деноминации
— Ну а то, что она уже не нравится многим, это я тоже нутром чую. Это я понимаю. Но вот эти слова: деноминация, девальвация и прочее, они путаются у людей. Если мы говорим о какой-то деноминации, технической замене наших бумажек и отбрасывании трех или четырех нулей, это мы подумаем со специалистами, когда этот период придет. Мы давно готовы к этому процессу. У нас есть рубли, у нас есть копейки, ну как и в других государствах. Мы это не скрывали, хотя и не афишировали. У нас это есть, мы готовы в любой момент провести деноминацию. Но все-таки и даже для этого технического шага должны быть определенные условия. Не должна быть такая процентная ставка, не должны быть вот эти тревоги на рынке, чтобы население не волновалось. Ну и, наверное, все-таки в экономике не должно быть кризисных явлений. Мы подберем время. Об этом надо заявить не менее, я считаю, чем за полгода. Параллельно в течение года как минимум будут ходить и старые рубли, и новые. Поэтому бояться этого процесса не надо. Но мы не готовы пока к этому.

О модернизации
— Мы если модернизируемся, то мы модернизироваться должны по всем направлениям. Нельзя брать только какой-то сегмент. Мы говорим больше об экономике, потому что фундамент всей нашей жизни, главное направление всей модернизации — это экономика. Будет модернизирована и существовать продвинутая экономика, как во всем мире, тогда нам можно модернизировать все. Но я хочу привести, чтобы понимали, пример. Вы знаете, сколько мы чистыми имеем от продажи одного трактора? Примерно 350 долларов. Все остальное расходится: покупаем комплектующие и прочее. Это ненормально. И что, я как Президент, зная это, должен спокойно на это взирать? Нет! Это тоже направление модернизации. Для того чтобы мы не закупали, к примеру, двигатели, производили у себя полностью трансмиссию. Вот что такое модернизация, если ее перевести на обычный язык.
Недавно я говорил о производстве автомобилей с китайцами. Это давно было моей президентской мечтой.
Мы сегодня ведем тяжелейший разговор с Россией и другими о том, чтобы свободно продавать эти автомобили. Никто же не хочет пускать на свою территорию. Но я думаю так, что потихоньку-потихоньку будем идти к годовому производству этих 120 тысяч автомобилей. Тем более если китайцы вкладывают 600 миллионов долларов в этот завод, значит, они тоже о чем–то думают. А для меня важно, что мы дадим своему человеку новый автомобиль. Скажем так, среднему человеку, может, даже ниже среднего. Рачительный человек, который умеет экономить, он купит этот автомобиль. И этот автомобиль потянет за собой работу десятка высокоэффективных предприятий. Мы там будем производить комплектующие.
Мы их модернизируем, причем за кредиты Китайской Народной Республики. Мы сделаем хороший автомобиль. По крайней мере, у наших людей будет выбор: дешевый белорусский автомобиль или же покупай, пожалуйста, «Мерседес», в России покупай автомобили, там все присутствуют компании.
Но человеку надо было дать выбор. Это и есть демократия в экономике, а не разговоры.
Что касается модернизации в целом, то здесь модернизация с оттенком диверсификации.
Мы все больше будем ориентировать нашу экономику на то, пусть даже скудное сырье, которое у нас есть. Вот мы строим новый целлюлозно–бумажный комбинат в Светлогорске, 800 миллионов инвестиций. Китайцы создают, у них много таких комбинатов, они взялись построить. Строим-то мы за их кредиты, но их привлекаем тоже. Почему? Потому что беленой целлюлозы у нас нет, мы вынуждены отдавать кому-то лес за бесценок и завозить эту целлюлозу. Как только мы это сделаем, мы в деревообработке поднимемся на второй этаж. А это мы сделаем в ближайшие год-полтора. Поэтому я просто говорил: если мы амбициозны, заявляем о том, что хотим быть суверенными и независимыми, и не будем заниматься модернизацией своей жизни, мы никогда такими не будем. Вот в чем смысл.

О перспективах ЖКХ
— Слишком много здесь непрофессиональной болтовни и политики. А факты таковы, что у нас сегодня семья из трех человек — двое работают, двухкомнатная квартира — от доходов семьи платит сколько бы вы думали? Три процента. Три! Россия — 12 процентов. Бюджетники... Двое бюджетников работают и третий неработающий — четыре процента. Пенсионеры чуть больше пяти процентов — это двое пенсионеров в двухкомнатной квартире. От их доходов всего пять процентов.
Назовите еще одну такую страну в мире, даже, добавлю, развитую, цивилизованную, как мы, где платили бы столько. Мы покрываем услуги ЖКХ вот при всем повышении на 23 процента, 77 процентов эти услуги ЖКХ покрываются за счет государственного бюджета. Назовите еще такую страну, где это есть. И имейте в виду, что у нас же вот эти тарифы, по которым мы считаем услуги, регулируются государством. Мы их держим ниже нижнего предела. А если бы по рыночному пути отпустили, как это даже в России, я не говорю про Украину? Сколько должны, столько и платите. Это были бы совершенно иные цифры. И за мусор бы подняли, и за электроэнергию, и за то, и за это, и за все бы подняли цены. А мы их сдерживаем. Я сдерживаю. Правительство каждый день, ко мне Мясникович ходит, говорит: Александр Григорьевич, надо это, надо то. Я говорю: нет, постепенно. Зарплата впереди, доходы населения, а потом это. Вот у меня такой всегда разговор. И вы помните мое решение, когда я сказал: пять долларов в год, они сейчас просят ну еще уровень инфляции хотя бы, ну если обесценивается валюта и прочее. Правильная постановка вопроса. Ну будет 6 долларов в год, ну это что, бешеные затраты? И я это контролирую, не разрешаю излишне с населением шутить, и не только потому, что я Президент и защищаю интересы народа. Здесь популизма нет. А еще и потому, что в плане тарифов у нас загадочная страна. Сколько раз я правительству поручал: дайте мне реальные затраты на вывоз мусора, на воду, тепло и прочее. Дайте мне реальную цену, подсчитайте, пройдите по всем этапам и ступенькам, чтобы я видел, сколько же реально стоит киловатт-час, сколько стоит гигакалория тепла и прочее. Дайте мне это. Ну да, представят назавтра. Кто представит? Министерство жилищно-коммунального хозяйства. А какую оно информацию представит? Оно само в этом сидит, руководит этой отраслью. Поэтому для того, чтобы раз и навсегда, как в строительстве, кому-то дать по рукам, была поставлена задача: председатель Комитета госконтроля возглавит комиссию, как и по строительству, и встряхнет это все ЖКХ. Мы пройдем в нескольких показательных местах по жилищно-коммунальным предприятиям и посмотрим, как они живут. Сколько у них человек работает, чем они вообще занимаются, какая эффективность в конечном счете ЖКХ и посмотрим реальные тарифы.
О реформе правоохранительной системы
— Что касается реформирования системы. Я выжидал, дважды обсуждали мы этот вопрос. Я думал, что будет, как будет. И наконец принял решение о выделении Следственного комитета в отдельное подразделение.
Конечно, я переживал, чтобы ту стабильность и безопасность, которой мы гордимся, не разрушить. Но когда я понял, что страна крепкая, сознание людей достаточное и мы готовы, больше почувствовал это, я мгновенно принял решение. Это было сложное и тяжелое решение для меня о выводе следствия из этих органов: прокуратуры, МВД и КГБ. В КГБ только оставили несколько следователей по шпионажу, потому что специфическое направление. Но было кардинальное решение не идти путем российским, а полностью вывести следствие и создать Следственный комитет. Как бы сложно и трудно ни было. Пошло — и не жалею. На первых порах были конфликты и мне приходилось «разруливать», но я везде поддерживал следователей. Во всем цивилизованном мире, как говорят, это ведомство всегда обособлено и независимо. Но нам надо было подойти к этому, я почувствовал, что мы к этому готовы.
Второй вопрос вы задали по поводу амнистии. Я к этому положительно отношусь. Я всегда лично инициировал эти вещи. Мне уже доложили, что если нам проводить амнистию, то под нее могут попасть минимум две тысячи человек. Кто туда не попадет? Естественно, тот, кто амнистирован и опять туда попал, тяжкие статьи. Но есть люди, которые, наверное, осознали, что там лучше не находиться. Этих мы амнистируем.
У нас сейчас около 30 тысяч находятся в местах лишения свободы. До нас было под 70 тысяч. Вот, пожалуйста, диктатура Лукашенко и демократия. У некоторых демократических руководителей кривая вверх идет, а у нас, видите, наполовину уменьшилась. И это не особо криминализировало наше государство, наше общество. Наоборот: у нас, слава Богу, по 6—10 процентов снижается преступность в стране каждый год. Поэтому в связи с тем, что криминогенная обстановка у нас не катастрофическая и что такие амнистии не приводят к всплеску криминогенной обстановки, мы можем на это пойти.
Ну и третья тема — «политзаключенные». Ну вы знаете мое мнение по этому поводу. Я никогда не оправдываюсь. Только когда европейцы или американцы ко мне приезжают и начинается эта тема, я говорю: дайте статью в нашем кодексе, где за политику судят. У нас нет политических статей в нашем Уголовном кодексе.

Об отношениях с Россией и Европой
— Вы знаете, в последнее время мы провели ряд мероприятий, пусть не публичных, европейцы многие, приезжая к нам, просят, чтобы это было непублично. Я с ними откровенно разговариваю. И у нас таких контактов состоялось очень много. И пошел некий диалог. Пусть не сидим мы за общим столом и не обсуждаем проблемы, мы к этому придем, но есть некий диалог, и это уже хорошо. Их волнует, что же будет с Беларусью, каким путем она пойдет. И, конечно же, понятно, они говорят о том, что вот мы хотим, чтобы Беларусь была независимой. Мы свою независимость понимаем определенно все одинаково. И вы, и я — мы хотим жить на своем куске земли, обладать суверенитетом. Я не хочу, чтобы мой народ под плеткой чьей-то ходил.
И это моя главная задача как первого Президента страны. Наша независимость — это святое, но она еще должна быть понятна нашим соседям. Она не должна быть агрессивной. Мы ведь не та страна, не та мощь у нас, чтобы агрессивно относиться не то к западу, не то к востоку.
Дружить против России я никогда не буду. И с Россией, строя отношения, я никогда не буду выстраивать во вред себе с Западом.

О создании производства легковых автомобилей
— Это давно было моей президентской мечтой. Производим автобусы, большегрузные автомобили и не можем произвести для народа нормальный автомобиль.
Я одобрил этот автомобиль, и мы сегодня ведем тяжелейший разговор с Россией и другими, чтобы свободно продавать эти автомобили. Никто же не хочет пускать на свою территорию. В этот перенасыщенный рынок очень трудно протиснуться. Мы потихоньку будем идти к этим 120 тысячам. Но для меня важно, что мы дадим своему человеку новый автомобиль. Рачительный человек, который умеет экономить, купит этот автомобиль.
Создание в Беларуси соответствующего производства придаст импульс развитию и других предприятий. Этот автомобиль потянет за собой работу десятка высокоэффективных предприятий, где мы будем производить комплектующие.

О транспортном налоге
— Я думаю, ну 60 долларов и где-то 40 долларов транспортного налога за год. Стоит ли народу так напрягаться при том, что это же не самая бедная часть.
Я правительству сказал: небольшие это деньги. Стоит ли нам уж так заморачиваться на этой проблеме и гвалтом кричать, что обобрали, ободрали?.. Но то, что эти деньги не уйдут ни в образование, ни в здравоохранение даже, а именно на дороги, я это гарантирую. Я предупредил правительство, чтобы эти деньги были отдельно и были направлены на строительство дорог, строительство. На поддержание мы уже напрягать будем местные органы власти, но нам надо быстрее в течение пятилетки построить между областями дороги сквозного транзита. В этом привлекательность нашей страны. Это надо делать.

О литературе и языке
— Недавно один из писателей, которого я награждал, мне шептал там, на сцене, на ухо: «Александр Григорьевич! Трэба сустрэцца». Ну, в общем, надо пообщаться. Я говорю: «Ради Бога». Но сразу ему: «С чем придете?». Я всегда открыт для общения. Но к Президенту надо с чем-то идти. Я их все вопросы решил, которые они просили. С народом общаться хотели. Мы их возим, куда они попросят. Они там читают вершы свае, аповесцi и прочее.
Но я попросил, чтобы мне знакавыя беларускiя выданнi присылали. Можа, у мяне не той густ? Но я, когда читаю, мне так стыдно за наш этот писательский корпус. Мне до слез стыдно. Ну хоть одно произведение дайте мне... Говорю, положите мне «Войну и мир» на стол, я гигантскую поддержку вам обеспечу.
Что касается «падтрымкi беларускай мовы...» Вы знаете, ведь это судьбы людей. Не надо искусственно ничего делать. Оттолкнешь больше половины людей. Не надо, все должно идти спокойно. Никакой революционности. Главное — профессионализм и спокойствие. Мова не для революции. И ее защищать не надо. Она не нуждается в защите. И ни в какой поддержке не нуждается. А если вы видите, где можно за какие-то даже деньги что-то добавить, вы скажите и все, она пойдет сама.

О будущем Беларуси
— Беларусь будет государством — суверенным и независимым. Это единственная моя главная задача, которую я должен исполнить. Я, видимо, не доживу как Президент. Кто-то будет после меня. Но я уверен, вы его заставите точно так думать и к этому стремиться, чтобы Беларусь была государством и наш народ «нiколi не быў пад чужой плёткай». А все остальное мы купим...

О выборах
— Я просто хочу попросить, чтобы люди пришли на эти выборы. Чтобы они не думали, ну депутат там районного Совета ничего не делает, ничего не решает. Возьмите, например, Минск. Большой у Минска бюджет? Огромный. Триллионы рублей, миллиарды долларов. И это делит Совет. Это жизнь наших людей в Минске, это улицы, это метро, это троллейбусы, автобусы, местная торговля... Всем, что касается жизни людей, занимаются депутаты местных Советов. Да, в силу разных причин они не очень-то пропагандируются. Но это не значит, что они менее важны для жизни обычного человека.
А самое главное — ведь на этом мы учим людей. Это наш актив, государства. Это будущие управленцы — на низком, среднем, на самом высоком уровне.

О личном
— Ну и не надо плакаться, что уже совсем умираем. В Беларуси кто хочет заработать, тот может заработать. Кто хочет хорошо поесть, тот может хорошо поесть. Иди в магазин, покупай. Только деньги нужны, конечно. А деньги нужно заработать, иного не дано.
Вы знаете, наш народ никогда так не жил. Вспомните свое детство и свою молодость... Что мы могли себе позволить, даже если и была какая-то копейка?
Ведь что греха таить, даже мне мать часто говорила: «Ды мы ж нiколi так не жылi, як цяпер». Ну и про Брежнева мне, про Хрущева, когда забирали скот, когда заставляли за деревья платить, за яблоню платить, за сливу платить. Обдирали, а какая зарплата была? И начинает это все мне рассказывать. Да я это помню. А для нее это боль была, и у каждого она была. А молодежь этого не знает. Она считает, что это из воздуха все берется. Это труд. Если бы сейчас наши люди работали так, как в те годы, даже не военные, брежневские, хорошие времена, застойные, если бы мы так работали, мы богатейшими людьми были бы. Мы все работаем, напрягаемся? Вот главный вопрос. Работаем мы наполовину меньше, чем они работали. Пахали они беспросветно, а жили отвратительно...
Поэтому да, хотелось бы, чтобы жилось лучше. Будем больше работать, будем шевелиться, не без этого. И будем лучше жить!



Всего 0 комментария:


Еще
В рубрике

Кстати, производство рыбы не может быть дешевле производства мяса. Затраты на содержание 1 гектара пруда всегда будут больше содержания одного скотоместа. Выращивание ценных пород рыбы в условиях аквакультуры обходится еще дороже.

Новоселье в Белыничах, без преувеличения, стало праздником для всего района. Ведь 40 семей, в том числе 28 многодетных, в минувшую субботу получили ключи от своих новеньких квартир.

За последние 20 лет отопление в жилых домах Минска включили в самый ранний срок – 1 октября –в 2018 году.

Могилев – удивительный город, овеянный ореолом легенд, историй и традиций.